Что изменит для российского образования выход из Болонского процесса?

374

used image: Students in auditorium // Internet

© Хохлова М.Г., 04.07.2022

Процесс создания единого учебного пространства, начавшийся в Европе еще в 50-е годы прошлого века, после подписания в июне 1999 года Декларации в Болонье, приобрел за последующие 34 года всемирное значение. Болонская система объединила 49 стран-участниц, большинство из которых находятся в Европе, а также на других континентах: – США, Канада, Австралия, Бразилия, Китай и Япония. Россия присоединилась к Болонскому процессу в 2003 году, а окончательно перешла на Болонскую систему в 2011 году. Хотя отдельные вузы, например МГИМО, наряду со специалитетом, уже с 1997 года осуществляли обучение по магистрским программам, тогда же появились совместные магистратуры (МГИМО и Сьянс По).

Произошедший отказ от Болонской системы не был инициирован Россией: 11 апреля 2022 г. Болонская группа по собственной инициативе прекратила представительство России и Беларуси во всех структурах Болонского процесса и исключила из него российские университеты. Такое развитие событий выражает «последовательную» позицию стран-участниц Болонского процесса, большинство из которых поддерживают масштабные санкции против России и придерживаются курса на изоляцию России в мире.

В свою очередь в России за отказ от Болонской системы высказались: секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев, вице-спикер Государственной Думы Петр Толстой, бывший министр образования, президент Российской академии образования Ольга Васильева, ректор МГУ Виктор Садовничий и председатель Ассоциации юристов России, бывший премьер министр РФ Сергей Степашин.

При этом заявление, сделанное 24 мая руководителем Министерства высшего образования и науки РФ Валерием Фальковым, – о создании собственной национальной системы, – для многих вузов не было неожиданным, поскольку министр и ранее заявлял: « – К Болонской системе надо относиться как к прожитому этапу. – Будущее за нашей собственной уникальной системой образования, в основе которой должны лежать интересы национальной экономики и максимальное пространство возможностей для каждого студента»[1].

Судя по всему, новая система сохранит, во всяком случае, – на своем старте, – и бакалавриат, и магистратуру, –  а переход на новую образовательную систему будет постепенным и взвешенным. Так, заявив об отказе от Болонской системы обучения, Минобрнауки предполагает проектировать новую систему вместе с ректорами вузов, не возвращаться в прошлое советского образования, а усовершенствовать российское, при этом учитывать весь предыдущий опыт. «Речь не идет о возвращении к системе, которая была, условно, в 1991 г. … та система была в конкретных исторических обстоятельствах, которых сейчас нет», – такое заявление было сделано 30 мая на Заседании совета ректоров творческих вузов[2].

Двухуровневая система высшего образования в России до сих пор существовала во многих вузах наряду со специалитетом, предполагавшим 5–6 лет обучения, а в некоторых вузах обучали вообще только по программам специалитета.

Валерий Фальков заявил также, что, несмотря на отказ от соблюдения принципов Болонской системы образования, в России останется возможность обучаться по программам бакалавриата и магистратуры, а университеты смогут сами выбрать, переходить ли им на специалитет или оставлять прежнюю схему обучения. Первоначально уход от Болонской системы вызвал именно беспокойство по поводу того, что бакалавров будут считать «недоспециалистами» и их придется доучивать 2–3 года.[3]

То, что бакалавриат рассматривался в России как «недообразование», часто формировало негативное отношение к Болонской системе[4]. Тем не менее, бакалавры в Европе весьма востребованы, и они могут работать инженерами, следователями, переводчиками, банковскими служащими, экономистами, психологами, менеджерами, риэлтерами.[5] В целом в России остается высоким престиж именно полного высшего образования, и это мнение отличается от европейского. То же самое наблюдается и в отношении специалистов со средним и высшим профессиональным образованием. Например, в наиболее успешных, с точки зрения занятости молодежи, германоязычных странах, соотношение выпускников со средним и высшим образованием профессиональным образованием составляет: два студента техникума на одного студента университета. В этих странах практически отсутствует разница в уровнях безработицы между молодежью и остальной частью рабочей силы. А ведь критерием успешности работы образовательного учреждения является именно высокий уровень занятости, то есть востребованность выпускников таких учреждений на рынке труда. Примерно 40% выпускников в России не работают по учебной специальности. Причем это наблюдается и в IT-специальностях. Отсутствие мотивации, установки выпускника работать в конкретной профессии часто зависит от качества его подготовки.

Как любая система образования, заточенная на задачи, поставленным политическим руководством страны и ее экономикой, новая система должна соответствовать времени и качеству требований к рабочей силе:

– Советская система образования отвечала задачам командно-планового характера управления экономикой. Благодаря обязательному распределению выпускников не стоял вопрос об их безработице. При этом высокое качество советского образования, легенда о котором жива и теперь, существовало далеко не всегда и не во всех вузах. Классовый подход, дававший преимущества выпускникам РАБфаков вначале, и большое количество учебных часов в течение всей советской истории уходило на идеологическое воспитание, часто за счет получения знаний по будущей профессии.

– Российская система образования «покончила» с идеологией. Однако, отсутствие заказа государства на профессии и распределения выпускников вызвало дисбаланс, с которым не справился рынок.

– Введение Болонской системы в России не привело в соответствие требования рынка с наличием специалистов нужных профессий с качественной подготовкой.

Тем не менее, на Болонскую систему были большие надежды – как на путь к интеграции в мировую систему образования. Теперь же обмен студентами будет ограничиваться только теми странами, которые не входят в Болонскую систему. Уход от Болонской системы может создать проблему с программами двойных дипломов и поступлением в магистратуру за рубеж. Кстати, пока не ясно, что будет с еще одним важным элементом Болонской системы: – с системой учебных зачетов-кредитов (ECTS), – благодаря которой обеспечивается совместимость образовательных программ. Суть их в том, что университет назначает определенную ценность всем своим курсам, которые «стоят» то или иное количество кредитов, или единиц трудоемкости (за один учебный год можно набрать 60 ECTS-баллов, что равняется примерно 1500–1800 учебным часам). Таким образом, студент может получить диплом, только если наберет определенное количество баллов, – для получения диплома бакалавра обычно нужно получить 160–240 кредитов. Пока непонятно, как будет строиться система таких зачетов-кредитов. Будет ли использоваться этот механизм в России, и при обмене студентами со странами, не включившими нас в свой черный список?

Сейчас идут дискуссии о том, сколь «далека» может быть специализация, приобретенная в бакалавриате, от той, которую избирают студенты для обучения в магистратуре. Возможность корректировки профессиональной ориентации (которую они выбрали в 16–17 лет после окончания школы) в процессе поступления в магистратуру после бакалавриата была важным преимуществом Болонской системы. Профессиональная занятость, возможность смены профессии – является сильным средством для адаптации рабочей силы вообще, а молодого человека – особенно. Это то, что можно менять, и не только в течение жизни, а и в молодом возрасте – сразу после окончания бакалавриата, во время обучения в котором происходит расширение кругозора, развитие креативного мышления, и когда, благодаря накопленным знаниям, молодой человек в состоянии сделать более осознанный выбор профессии.

Сейчас, в условиях санкций, решение о создании «своей» системы образования закономерно, и она, как хочется надеяться, не закроет дверь к достижениям мировой науки, а позволит сосредоточиться на создании человеческого капитала в своей стране, – поскольку внутри страны имеются такие «комплектующие», как научные школы ученых и высококвалифицированных преподавателей. Знание всемирно, и трудно себе представить, что в информационную эпоху могут появиться разночтения в законах о природе и пр.; а высокое качество преподавания сохраняется благодаря доступу к онлайн платформам.

Примечания:

[1] https://www.kommersant.ru/doc/5367629
[2] https://tass.ru/obschestvo/14770069
[3] Отказ от двухступенчатой системы высшего образования и возврат к пятилетнему обучению может привести к тому, что те поколения, которые выпустились с дипломами бакалавров, будут считаться недоспециалистами, считает директор института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов.
[4] Кстати негативное отношение к ЕГЭ и ЭГЕ ошибочно формировало негативное отношение к Болонской системе, хотя ни то, ни другое не имеют к ней никакого отношения.
[5] https://zaochnik.ru/blog/kem-i-gde-mozhno-rabotat-s-diplomom-bakalavra/


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Новости Института
08.08.2022

По итогам заседания Рабочей Группы по оценке качества и отбору журналов в Russian Science Citation Index (RSCI) журнал ИМЭМО РАН «Пути к миру и безопасности» включен в RSCI.

подробнее...

05.08.2022

Вышел из печати 2-ой номер журнала «Россия и новые государства Евразии» за 2022 год. Номер открывает статья о кооперационных связях ЕАЭС с третьими странами. Большое внимание, что вполне естественно, уделено Украине.

подробнее...

Вышли из печати