2686© 13.01.2016, Квашнин Ю.Д.
Утром 11 января по итогам состоявшегося накануне второго тура выборов у крупнейшей греческой оппозиционной партии «Новая демократия» появился новый лидер. Вопреки большинству прогнозов, отдававших пальму первенства бывшему временному руководителю партии (в июле — ноябре 2015 г.) Вангелису Меймаракису, им стал молодой по греческим меркам политик, представитель одной из трех наиболее известных в стране политических династий (наряду с династиями Папандреу и Караманлисов) Кириакос Мицотакис — за него проголосовали 52% членов партии. Эта победа К. Мицотакиса, получившего в первом туре выборов только 28,5% голосов (против 40% у В. Меймаракиса), стала возможна благодаря тому, что вокруг него объединилась большая часть сторонников не прошедшего во второй тур префекта Центральной Македонии Апостолоса Дзидзикостаса, неоднократно заявлявшего о необходимости превращения «Новой демократии» в «современную и открытую правоцентристскую партию»1.
Вопрос о том, какая идеология должна лежать в основе деятельности партии, уже несколько десятилетий является главным во внутрипартийных дискуссиях. Условно можно выделить два течения. Первое из них — либеральное (или правоцентристское), ратующее за развитие «Новой демократии» как классической европейской партии правого центра. Второе — консервативное, делающее акцент на отстаивании традиционных для Греции ценностей (православие, семья и брак, сохранение культурной идентичности). Расхождения между течениями проявляются по целому ряду ключевых для страны вопросов. Во-первых, это роль государства в экономике: первые в духе неолиберальных идей активно выступают за ее снижение, в то время как вторые предпочитают проводить соответствующие реформы по мере необходимости, что парадоксальным образом сближает их с партиями левого спектра. Во-вторых, это миграционный вопрос: либералы готовы обсуждать упрощение законодательства о предоставлении гражданства лицам, не являющимся этническими греками, в то время как для консерваторов до недавнего времени эта тема была табуированной. В-третьих, серьезные различия имеются в вопросах внешней политики: консерваторы, в отличие от правоцентристов, постоянно акцентируют внимание на проблеме национальной безопасности. Например, в 1993 г. министр иностранных дел и представитель консервативного крыла Антонис Самарас, выступавший с крайне жестких позиций по вопросу о государственном названии Республики Македония, вместе со своими сторонниками покинул партию, вследствие чего та утратила большинство в парламенте и на десятилетие была отстранена от власти2. В-четвертых, после вступления Греции в затяжную полосу экономической рецессии между двумя течениями усилились противоречия относительно того, принимать или нет поставленные международными кредиторами условия предоставления кредитов. Вплоть до 2011 г. доминировавшие в партии консерваторы голосовали против мер бюджетной экономии, а некоторые из них открыто выступали против «диктата Берлина и Брюсселя»3. Двумя другими противоречивыми вопросами являются отделение церкви от государства и отношение к предоставлению дополнительных прав сексуальным меньшинствам (по обоим вопросам либералы выступают за, а консерваторы — против).
Расхождения между либеральной и консервативной ветвями касаются не только идеологии, но и тактики политической борьбы. Если первая борется главным образом за умеренный электорат, то вторая, напротив, пытается привлечь на свою сторону радикально настроенных избирателей, готовых голосовать за ультраправые партии. Именно с этим связан тот факт, что в период «консервативной волны» в партию были кооптированы многие видные политики, не скрывавшие своих националистических взглядов, в том числе Адонис Георгиадис — один из четырех претендентов на пост руководителя «Новой демократии» (в первом туре за него проголосовали 11% партийцев), некогда являвшийся одним из лидеров право-популистского «Народного православного сбора». Этот «сдвиг вправо» вызывал жесткую критику со стороны либерального крыла, традиционно ассоциировавшегося с влиятельным семейством Мицотакисов4, постоянные упреки в популизме и политической безответственности. Консерваторы также не оставались в долгу, обвиняя своих оппонентов в недостаточном отстаивании национальных интересов.
Отношение греческого общества к приходу К. Мицотакиса на пост главы «Новой демократии» неоднозначно. Одни считают его энергичным лидером, способным обновить партию и привлечь на ее сторону молодых избирателей, которые ранее отдавали предпочтение более радикальным партиям (например, находящейся у власти левой коалиции СИРИЗА), а также тот электорат, который вообще перестал ходить на выборы (на протяжении последних нескольких лет явка избирателей неуклонно снижалась). Другие же видят в К. Мицотакисе очередного представителя монополизировавшей власть клановой элиты, интересы которой идут вразрез с интересами государства. Также новому лидеру правоцентристов вменяют в вину нехватку политического опыта: К. Мицотакису всего 48 лет, а его опыт работы в правительстве (правда, довольно успешный) исчерпывается полуторалетним пребыванием на посту министра административных реформ. Еще один повод для критики, которая исходит преимущественно со стороны левых СМИ, — его излишне тесные связи с западным политическим истеблишментом. Очевидно, что основная задача К. Мицотакиса на данном этапе состоит в том, чтобы, с одной стороны, укрепить свои позиции внутри партии (пока что они выглядят не слишком прочными), с другой — не допустить внутреннего раскола.
Главный вопрос, который возникает в связи со сменой руководства в «Новой демократии», — как это событие отразится на политической устойчивости Греции. К сожалению, с точки зрения сохранения политической стабильности избрание К. Мицотакиса — это плохая новость. В своих заявлениях он неоднократно говорил, что не собирается голосовать за предлагаемые правящими партиями (СИРИЗА и «Независимыми греками») реформы — не потому, что они противоречат взглядам партии (как уже говорилось, «Новая демократия» признает их необходимость), а потому, что не хочет поддерживать своих политических конкурентов.
Проводя структурные преобразования, включая стоящую на повестке дня крайне непопулярную пенсионную реформу, премьер-министр Алексис Ципрас будет вынужден опираться на хрупкое парламентское большинство (153 депутата из 300), при этом сталкиваясь с растущей внутрифракционной оппозицией. В случае очередного «бунта на корабле» (как мы помним, в августе 2015 г. раскол в партии СИРИЗА привел к досрочным выборам) и выхода из фракции нескольких депутатов, левые радикалы будут вынуждены либо искать новых партнеров для коалиции из числа малых партий, либо вновь объявлять внеочередные выборы. При этом вариант большой коалиции в составе СИРИЗА и «Новой демократии» как наиболее устойчивой политической конфигурации, который в принципе допускался прежним лидером правоцентристов В. Меймаракисом5, после избрания К. Мицотакиса можно смело сбросить со счетов. Все это означает, что вероятность повторения политического кризиса наподобие того, что имел место в прошлом году и едва не привел к краху греческой экономики, весьма велика.
1 Tzitzikostas’s statement interpreted as support for Mitsotakis’s candidacy. URL: http://en.protothema.gr/tzitzikostas-i-dont-support-anyone-i-dont-agree-with-transactions-and-party-lines.
2 Впрочем, это не помешало А. Самарасу впоследствии вернуться в партию и на период с середины 2012 г. по начало 2015 г. возглавить коалиционное правительство.
3 Самый яркий пример использования антигерманских сантиментов в греческом обществе в политических целях — это популистская риторика Паноса Камменоса, который впоследствии создал собственную партию «Независимые греки», в настоящее время входящую в состав правящей коалиции.
4 Отец Кириакоса Мицотакиса Константинос Мицотакис в 1990–1993 гг. был премьер-министром Греции, а его сестра Дора Бакоянни занимала должности мэра Афин (2003–2006 гг.) и министра иностранных дел (2006–2009).
5 Примечательно, что накануне парламентских выборов в сентябре 2015 г. «Новая демократия», возглавлявшаяся тогда В. Меймаракисом, выдвигала идею создания правительства национального единства, включающего все силы, выступающие за проведение реформ во имя сохранения членства Греции в еврозоне (так называемых pro-bailout parties).
Нет комментариев