2104© 23.09.2014, Володин А.Г.
Только что закончившийся визит в Индию Председателя КНР Си Цзиньпина вызвал большой резонанс не только в СМИ двух стран, но и практически по всему миру. И это закономерно, хотя бы потому, что население двух сверхкрупных стран составляет около 35% от общемирового.
Исторически отношения между двумя наиболее населенными государствами планеты складывались непросто. Пограничный конфликт 1962 года и последующие столкновения (хотя и меньшего масштаба) оставили свой след в исторической памяти обоих народов. Доверие в отношениях Дели и Пекина восстанавливается медленно, поэтому рассчитывать на «исторический перелом» после визита Председателя КНР в Индию было нереалистично.
На мой взгляд, у индийско-китайской встречи на высшем уровне было, так сказать, два «плана» - сегодняшний (текущие экономические и политические отношения «Слона» и «Дракона») и перспективный (обращенные в будущее совместные инициативы, опирающиеся на общее представление о перемещении мировой геоэкономической «оси» на Восток, в Азиатско-Тихоокеанский регион).
Никто не ожидал легких, беспроблемных переговоров Си Цзиньпина и Нарендры Моди: обе стороны твердо отстаивали свои интересы. Так, китайская инициатива «нового шелкового пути» требует от Индии взвесить все «pro» и «contra» предлагаемого проекта, что потребует времени. Далее, стороны обсудили внешнеэкономическую проблематику, и индийцы настаивали на более свободном доступе своих товаров и технологий на китайский рынок (дефицит внешнеторгового баланса в отношениях с КНР для Индии в 2007-2013 гг. составил 169 млрд. долл.). Несмотря на обоюдное желание решить проблему территориального разграничения, каждый шаг на этом направлении дается с большим трудом. Наконец, Индия поддержала (правда, с большими оговорками) идею «экономического коридора» по маршруту Бангладеш – Индия – Китай – Мьянма, сопроводив свое согласие желанием видеть «мирную, устойчивую и построенную на началах сотрудничества» среду взаимодействия вовлекаемых в этот проект государств. В свою очередь, Индия получила гарантии на инвестиции Китая в экономику страны в размере 20 млрд. долл. сроком на пять лет (до визита лидера КНР фигурировали более значительные цифры – от 100 до 300 млрд. долл.).
Эксперты и аналитики отмечают: дискуссии в Ахмадабаде и Дели укрепили личные отношения между руководителями Китая и Индии, что рассматривается как важный элемент стабильности в отношениях двух азиатских гигантов и как начало долгосрочного позитивного тренда во внешнеэкономических связях Китая и Индии.
Визит Председателя КНР к «великому южному соседу» стал поводом для обсуждения широкого исторического и геополитического контекста отношений двух «стран-цивилизаций». Аналитики выделяют несколько моментов, которые будут оказывать долгосрочное влияние на характер двусторонних отношений.
Во-первых, правительство Н. Моди сознает, что в индийском обществе пока не сформировался консенсус относительно установления более тесных отношений с Китаем. Историческая память о событиях 1962 года пока удерживает значительную часть индийцев от быстрого сближения с КНР. Помимо этого, и в Индии, и в Китае существуют силы (государственная бюрократия, армейские круги и руководство сил безопасности, а в Индии – еще и правые националисты), которые сохраняют влияние на общественное мнение. Вкратце их позицию можно сформулировать следующим образом: «отношения между нашими странами слишком сложны, чтобы принимать поспешные решения».
Во-вторых, Индия всегда стремилась избегать резких перемен во внешней политике, в чем проявились такие качества индийской цивилизации, как преемственность, трезвость ситуационных и стратегических оценок, уважение к прошлому. «Внешняя политика (в своих основных чертах – А.В.) не меняется со сменой правительства», - еще раз напомнила Сушма Сварадж, нынешний министр иностранных дел Индии. И все же во внешней политике Дели, как отмечают знающие люди, появятся новые акценты: больше внимания будет уделяться отношениям с государствами АТР (Япония – крупнейший иностранный инвестор в экономику Индии, активно действует на данном направлении и Южная Корея). «Дорожная карта» восточной политики пока окончательно не прорисована, но на нее, безусловно, повлияет меняющийся баланс сил в АТР и в мире в целом.
В-третьих, правительство Н.Моди видит прямую связь между модернизацией индийской экономики (сейчас в Дели популярна политическая идиома «всеобъемлющая национальная мощь» - «comprehensive national strength») и активностью индийской дипломатии в мировом пространстве. Создание прочных основ «справедливого» общества в процессе реализации «повестки развития» - такова основная цель правительства Н. Моди и для внутренней, и для внешней политики.
В-четвертых, «пограничный диспут», как уже отмечалось, главное препятствие на пути поступательного развития китайско-индийских отношений. Процесс урегулирования пограничных споров, напоминают эксперты-политологи, начался в 1988году во время визита премьер-министра Раджива Ганди в Пекин. Власти Индии и КНР сознают: соглашение о делимитации границы двух стран необходимо будет провести и через индийский парламент, и через Политбюро ЦК КПК, а это - задача не из легких.
Подводя итоги визита Председателя КНР в Индию, мы можем утверждать: встречи и беседы Си Цзиньпина и Н. Моди были продуктивными и многообещающими. Однако руководителей обоих государств ожидает трудная работа по окончательной нормализации отношений между двумя «государствами – цивилизациями».
Нет комментариев