Экономические последствия карантинных мер в Великобритании

180

used images: The Budget 2021 speech as delivered by Chancellor Rishi Sunak (www.gov.uk),
The flag of Great Britain (pixabay.com/ru/users/jorono-1966666/), author`s tab

© Подколзина И.А., 31.03.2021

Великобритания постепенно выходит из очередного, третьего по счету, локдауна: 29 марта перестало действовать правило ‘stay home’, разрешавшее выход из дома только по необходимости, и британцы получили возможность собираться на открытом воздухе компаниями до шести человек. Согласно «дорожной карте», полного возвращения к более или менее нормальной жизни стоит ожидать к 21 июня.

Эволюция правительственной стратегии борьбы с COVID-19

Следует отметить, что в течение года правительственный штаб (COBR), работающий в тесном взаимодействии c Научно-консультативной группой по чрезвычайным ситуациям (SAGE)[1], несколько раз менял подходы к борьбе с пандемией. Первоначальная стратегия была направлена на защиту групп риска и формирование популяционного иммунитета. В ее основе лежал бихевиористский подход, согласно которому жесткие карантинные меры не могут применяться в течение длительного времени, так как вызывают психологическую ‘усталость’ населения и имеют ряд негативных последствий.

Резкий рост числа заражений и введение локдаунов в ряде стран Европы привели к смене стратегии. Решение о переходе к жестким карантинным ограничениям базировалось на модели распространения коронавируса, которая была разработана группой ученых Имперского колледжа Лондона во главе с Нилом Фергюсоном, получившим известность как «профессор локдаун». Согласно его интервью изданию The Times[2], в начале 2020г. члены SAGE признавали, что китайский подход, основанный на введении жесткого карантина, не может быть реализован в демократических странах. Однако после введения карантина в Италии китайская модель все же была распространена на большинство европейских стран, включая Великобританию. Для реализации противоэпидемических мер британский парламент проголосовал за передачу правительству чрезвычайных полномочий. Первый локдаун официально начался 26 марта 2020г. и продлился до лета, второй действовал в ноябре, третий был введен 4 января текущего года. В перерывах между первым и вторым локдаунами было реализовано несколько программ по поддержке малого и среднего бизнеса, крупнейшей из которых стала программа субсидирования кафе, баров и ресторанов 'Eat Out to Help Out’.

В настоящее время действия правительства направлены на удержание коэффициента распространения инфекции(R) ниже1, постепенное возвращение компаний к привычной деятельности, нормализацию общественной жизни. Ключевыми условиями текущего этапа являются фактическое закрытие границ и широкомасштабная вакцинация населения. К концу марта первую дозу вакцины получили более 30 млн. британцев, или более половины взрослого населения. В августе планируется начать вакцинирование детей.

Программы финансовой поддержки населения и бизнеса

Осуществление карантинных мероприятий в полном объеме было невозможно без широкомасштабной программы финансовой поддержки населения и бизнеса, реализуемой Казначейством. По мере того, как с Борисом Джонсоном все чаще ассоциировалось слово ‘lockdown’, канцлер Казначейства Риши Сунак трансформировал полузабытое ‘furlough’ (отпуск за свой счет) в популярную ‘Furlough scheme’ – программу компенсации корпоративных расходов на заработную плату. Наряду с программой поддержки самозанятых (Self-Employment Income Support Scheme, SEISS), она стала важнейшим элементом британской стратегии борьбы с COVID-19. Обе программы были приняты в марте 2020г. и начали действовать одновременно с введением карантина. Первая предусматривает компенсацию из государственного бюджета до 80% (но не более 2500ф.ст. в месяц) заработной платы сотрудников, которых работодатели были вынуждены отправить в отпуск из-за сворачивания бизнеса в условиях локдауна, вторая – до 80% (но не более 7500ф.ст.) потерянного трехмесячного дохода самозанятых. Кроме того, были снижены налоги, реализованы программы льготного кредитования, введены налоговые каникулы по уплате гербового сбора при покупке недвижимости, разработаны схемы поддержки наиболее пострадавших отраслей, в частности, гостиничного и ресторанного бизнесов.

За год в программе компенсации заработной платы приняли участие более 11 млн. британцев, что составляет приблизительно треть от общей занятости. Это стало основным фактором сохранения в стране относительно низкого уровня безработицы (5,1% в четвертом квартале 2020)[3]. В 2021/22 финансовом году, начинающемся 1 апреля, бюджетная политика сохранит социальную направленность, а ее первоочередной задачей останется поддержание занятости. Одновременно будут предприняты меры по стимулированию деловой активности. В частности, в течение следующих двух лет компании получат возможность при расчете налоговых обязательств вычитать из прибыли 130% расходов на приобретении машин и оборудования.

Влияние на экономику и государственные финансы

Следствием карантинных мер, проводимых правительством, стало резкое снижение экономической активности, а результатом программ, реализуемых Казначейством, – колоссальный рост дефицита бюджета и государственного долга. Наиболее сложная ситуация сложилась в сфере розничной торговли непродовольственными товарами, индустрии общественного питания, туристическом бизнесе. В частности, в 2020г. о банкротстве объявила Debenhams – сеть универмагов с более чем 200-летней историей, под внешнее управление перешла Arcadia Group, владеющая брендами одежды Topshop, Burton, Dorothy Perkins и др. ВВП сократился за год на 9,9%[4], продемонстрировав наибольшее падение за последние триста лет[5].

Необходимость финансирования расходов в ходе пандемии привела к увеличению государственных заимствований и, соответственно, росту государственного долга как в абсолютном выражении, так и относительно ВВП. В марте прошлого года на программу борьбы с пандемией было выделено 12млрд. ф.ст., на сегодняшний день этот показатель превысил 300 млрд. ф.ст., а в сумме с еще предстоящими расходами составит 407 млрд. ф.ст. Согласно официальным прогнозам, в 2020/21 финансовом году бюджетный дефицит почти в три раза превысит показатели, зафиксированные после кризиса 2008г., и достигнет рекордной суммы в 355млрд. ф.ст., или 16,9% ВВП[6].

Объем государственного долга по отношению к ВВП, после финансового кризиса 2008г. выросший с 35 до 80%, на фоне растущих заимствований в условиях пандемии преодолел 100-процентный рубеж – это максимальный уровень с 1958г., когда Великобритания была вынуждена расплачиваться по накопленным военным обязательствам. В настоящее время значительные объемы государственных облигаций выкупает Банк Англии в рамках программы количественного смягчения, что, с учетом низких процентных ставок, существенно упрощает наращивание долга. В прошлом году активы на балансе центробанка удвоились, причем объемы выкупа облигаций оказались большими, чем в период рецессии 2009–2012гг.

Очевидно, что низкая стоимость обслуживания долга примиряет правительство с его ростом и делает приемлемым даже значительный бюджетный дефицит. Между тем весьма вероятный рост ставок может существенно изменить существующий расклад.

Проблема финансирования бюджетного дефицита

По мере выхода из коронакризиса будет актуализироваться проблема финансирования бюджетного дефицита. Она осложняется тем, что перед выборами 2019г. консерваторы обещали не повышать ставки подоходного налога, взносов в фонд социального страхования и НДС – трех основных источников доходной части бюджета. С учетом этих обещаний, повышение налоговых поступлений предполагается обеспечить преимущественно за счет замораживания пороговых значений подоходного налога[7] с 2022/23 и повышения ставки налога на прибыль корпораций с 2023/24 финансового года.

До последнего времени характерным отличием консерваторов от лейбористов в области налогообложения был акцент на косвенных налогах на фоне сокращения прямых налогов и упрощения системы их взимания. К 2020г. планировалось снижение ставки корпоративного налога до 17%, однако в итоге она «застряла» на текущих 19%, а с апреля 2023г. (для компаний, чья годовая прибыль превышает 250 тыс. ф. ст.) ставка может вырасти до 25%. Это будет всего на 1 п.п. ниже, чем ранее предлагал Джереми Корбин, бывший лидер Лейбористской партии, подвергавшийся критике, в том числе, за крайне левые взгляды. По оценкам, налоговые маневры правительства приведут к росту налогового бремени, т.е. доли налоговых поступлений в ВВП, до 35% – максимального уровня с конца 1960-х годов, когда бюджетно-налоговая политика строилась с опорой на кейнсианские принципы. Как заметил Пол Джонсон, директор Института фискальных исследований, ведущего британского аналитического центра в сфере государственных финансов, с ростом налогового бремени страна вступит в новый период экономической истории[8].

***

Британская стратегия борьбы с пандемией носит ситуативный характер и балансирует между жесткими ограничениями на социальные взаимодействия в периоды ухудшения эпидемиологической ситуации и спасением экономики в более спокойные времена. В первом случае от людей требуется оставаться дома, во втором – чаще обедать в ресторанах и поддерживать сферу услуг. Реализация стратегии потребовала огромных бюджетных вливаний и значительного ограничения гражданских свобод, но не избавила страну ни от значительных людских, ни от существенных экономических потерь. С начала пандемии количество умерших в течение 28 дней после получения положительного теста на COVID-19 составило 126тыс., или 189 человек на 100тыс. населения[9]. Сложные, часто меняющиеся и не всегда строго соблюдаемые правила негативно отразились на рейтинге премьер-министра, тогда как программа финансовой поддержки сделала канцлера Казначейства Риши Сунака самым популярным политиком в стране[10].

После того, как к противоэпидемиологическим мероприятиям добавилась широкомасштабная программа вакцинации, перспективы начали меняться. С учетом темпов вакцинации, ОЭСР повысила прогноз по росту британского ВВП в текущем году с 4,2 до 5,1%.[11] Согласно британским официальным прогнозам, в текущем году ВВП вырастет на 4%, в следующем – на 7,3%, при этом восстановления экономики к допандемическому уровню следует ожидать к середине 2022г.[12] В целом, краткосрочные перспективы британской экономики выглядят более многообещающими, чем большинства стран континентальной Европы. В долгосрочном периоде существует риск, что экстраординарные меры, принимаемые в чрезвычайной ситуации, не будут свернуты полностью и станут привычным атрибутом экономической политики, как это произошло, например, с программой количественного смягчения Банка Англии.

Примечания:

[1] В 2020г. состоялось 74 заседания группы, что больше, чем за весь предыдущий одиннадцатилетний период ее существования.
[2] Professor Neil Ferguson: People don’t agree with lockdown and try to undermine the scientists. URL: https://www.thetimes.co.uk/article/people-don-t-agree-with-lockdown-and-try-to-undermine-the-scientists-gnms7mp98.
[3] Unemployment rate (aged 16 and over, seasonally adjusted). URL: https://www.ons.gov.uk/employmentandlabourmarket/peoplenotinwork/unemployment/timeseries/mgsx/lms.
[4] Gross Domestic Product: Year on Year growth: CVM SA %. URL: https://www.ons.gov.uk/economy/grossdomesticproductgdp/timeseries/ihyp/pn2.
[5] Необходимо отметить, что временные и международные сравнения динамики ВВП в условиях пандемии не совсем корректны из-за специфической методики, применяемой британским статистическим ведомством (ONS). Так, по итогам трех кварталов 2020 г. падение ВВП составило 8,6%, что стало худшим результатом среди стран «большой семерки». В то же время, при расчете по общепринятой методике, ВВП сократился на 3,4% – меньше, чем в Канаде, Германии и Италии.
[6] Overview of the March 2021 Economic and fiscal outlook. URL: https://obr.uk/overview-of-the-march-2021-economic-and-fiscal-outlook.
[7] В Британии действует прогрессивная система подоходного налогообложения, предусматривающая необлагаемый минимум и взимание налога по ставкам 20, 40 и 45% в зависимости от уровня дохода.
[8] Paul Johnson. URL: https://twitter.com/pjtheeconomist (3 March 2021).
[9] Deaths within 28 days of positive test by date of death. URL: https://coronavirus.data.gov.uk/details/deaths.
[10] Rishi Sunak – the people’s chancellor? URL: https://yougov.co.uk/topics/politics/articles-reports/2021/02/26/rishi-sunak-peoples-chancellor.
[11] Strengthening the recovery: The need for speed. URL: https://www.oecd.org/economic-outlook.
[12] Economic and fiscal outlook – March 2021. URL: https://obr.uk/efo/economic-and-fiscal-outlook-march-2021.


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Актуальные комментарии
Новости Института
14.04.2021

Отдел европейских политических исследований провел международный семинар «100-летие Рижского мирного договора и современные проблемы российско-польских отношений»

подробнее...

13.04.2021

По итогам работы трёхсторонней группы экспертов России, Индии и США опубликован совместный доклад по ситуации в Афганистане «2021: Afghanistan’s Year of Reckoning».

подробнее...

Вышли из печати