Визит Юн Сок Ёля в США – новый этап в консолидации американо-южнокорейского альянса

209

used images: Пресс-конференция по итогам встречи президентов США и Южной Кореи // youtube

© Давыдов О.В., 02.05.2023

В последние дни апреля Президент Республики Корея Юн Сок Ёль совершил государственный визит в Соединенные Штаты. С момента саммита в Сеуле между лидерами двух стран (май 2022 года) во взаимных отношениях накопилось много сложных вопросов, требующих координации на высшем уровне. С учетом этого задача адаптации альянса к изменениям, происходящим в мире и азиатском регионе, рассматривалась сторонами как одна из главных целей всех переговоров.

За год, прошедший со времени пребывания Юн Сок Ёля на президентском посту, произошел заметный разворот южнокорейской внешней политики в сторону США. Хотя сбережение уз союзничества всегда оставалось приоритетом для Южной Кореи, в прошлом это не мешало Сеулу проводить линию на «стратегическую автономность» и поддерживать определенное равновесие в отношениях с крупными игроками, такими как США, Китай, Россия и Япония.

Нынешний глава РК фактически отказался от этого традиционного для страны курса, сделав упор на выстраивание всеобъемлющего глобального альянса с Вашингтоном. Наряду с укреплением связей в военной области Сеул ставит теперь задачи продвижения совместного экономического партнерства, взаимодействия в международных делах, ориентируясь при этом на «общие ценности» и приверженность установлению «порядка, основанного на правилах». Опубликованная в декабре прошлого года внешнеполитическая доктрина действующей администрации созвучна американской стратегии «свободной и открытой Индо-Пацифики» и нацеливает на согласованные с США шаги в сфере региональной политики.

Новые концептуальные установки подкрепляются практическими шагами. В канун своей нынешней поездки Юн Сок Ёль дал довольно скандальное интервью агентству Reuters, которое немедленно вызвало напряжение в отношениях одновременно и с Москвой, и с Пекином. Сначала он заявил, что Сеул при определенных обстоятельствах может начать поставлять свои вооружения на Украину, а затем – высказался о «недопустимости попыток изменить силой существующий статус-кво вокруг Тайваня». В ответ на это последовали жесткие ответы и предостережения со стороны официальных представителей России и Китая.

Цели президентских демаршей остались непонятыми в самой Южной Корее, вызвав самые противоречивые оценки и суждения. Никто естественно не оспаривает превалирующего в политических кругах мнения о том, что место страны в рядах «государств демократического лагеря». Вместе с тем полагают, что Сеул не должен стремиться быть «правофланговым» в этом строю и нести все вытекающие из такого положения геополитические риски. Лидер крупнейшей оппозиционной Демократической партии Ли Чжэ Мен призвал президента дезавуировать свои высказывания по Украине и Тайваню. По его словам, внешняя политика должна строиться на основе выверенных стратегических балансов, в то время как дружеские отношения с Россией и Китаем важны с точки зрения обеспечения мира и стабильности на Корейском полуострове.

Ситуацию усугубила беззубая реакция Юн Сок Ёля на инцидент, связанный с утечкой секретных документов Пентагона. Выяснилось, что американская сторона, судя по всему, отслеживала внутренние дискуссии в правительственных кругах РК, в том числе, по вопросу об отношении к украинскому кризису и о возможности предоставления Киеву южнокорейского летального оружия. Успокоительные комментарии представителей администрации и самого Юна в том смысле, что доверие между союзниками ни при каких обстоятельствах не должно быть поколеблено, были восприняты в общественных кругах как унизительная уступка Вашингтону.

Предсказуемо вопросы, связанные с ситуацией на Корейском полуострове, стали одной из основных тем переговоров в Вашингтоне. Речь идет, прежде всего, о намерении союзников дать весомый консолидированный ответ на действия КНДР, которая продолжает совершенствовать ракетную технику, наращивает наступательные виды вооружений, проводит учения, имитирующие удары с применением тактических ядерных боеприпасов.

В этих условиях Сеул на протяжении всего последнего периода добивался от союзника предоставления «железобетонных» гарантий безопасности с целью недопущения агрессии со стороны северного соседа. Как известно, ранее Юн Сок Ёль пытался оказать давление на американскую сторону, давая понять, что РК может пойти по пути создания собственного ядерного оружия, если не получит полноценных заверений о готовности США предоставить действенную помощь в случае нападения.

В ходе саммита лидеры двух стран согласовали новую концепцию «расширенного сдерживания» (Extended Deterrence).В Вашингтонской декларации содержится широкий перечень перспективных мероприятий в военной области. В частности, стороны договорились сформировать консультативную ядерную группу (Nuclear Consultative Group) по вопросам планирования и осуществления совместных операций с использованием конвенционального и ядерного потенциалов двух стран. Кроме того, союзники развернут командно-штабные учения для отработки действий в условиях гипотетического ядерного кризиса, а американские стратегические средства на ротационной основе будут размещаться в Южной Корее. В планах ближайшего времени – визит в страну ядерной подводной лодки-ракетоносца класса «Огайо».

Таким образом, чисто формально ядерное оружие США на Корейский полуостров возвращено не будет, а Южная Корея останется безъядерной страной. Вместе с тем ответом на вызывающие воинственные шаги КНДР станет постепенное формирование разветвленной американо-южнокорейской инфраструктуры для задействования всех военных возможностей и ресурсов при «чрезвычайных обстоятельствах».

На фоне крупных решений по военным вопросам и в области безопасности экономическая часть визита выглядела скомканной. Были достигнуты принципиальные договоренности о расширении сотрудничества в сфере новых технологий, искусственного интеллекта, космоса, обеспечения стабильности глобальных товарных цепочек. Вместе с тем корейская идея насчет формирования «альянса передовых технологий» с участием РК и США пока не получила убедительного воплощения на практике.

Не удалось также снять неопределенности, связанные с применением американского законодательства в части, ущемляющей интересы южнокорейского бизнеса. Так, в частности, требования в области экспортного контроля, предусмотренные Законом США о чипах и науке, содержат значительные ограничения на поставку в КНР оборудования для производства современных интегральных микросхем. Это лишает южнокорейские компании возможности модернизировать свои предприятия, находящиеся в этой стране, и беспрепятственно осуществлять свою инвестиционную деятельность.

Несмотря на эти шероховатости, официальный Сеул придерживается исключительно пафосных оценок итогов визита. Вашингтонская декларация характеризуется как обновленная версия Договора о взаимной обороне от 1953 года, ставшего отправной точкой альянса. Теперь Южная Корея рассчитывает существенно усилить свой голос в вопросах обеспечения безопасности до уровня равноправного партнера США.

Однако уже на этой стадии в позициях американской и южнокорейской сторон появляются первые зазоры. В администрации РК подчеркивают, что США фактически впервые зафиксировали на бумаге обязательства в отношении расширенного сдерживания применительно к отдельно взятой стране. Это, как полагают, открывает путь для создания механизма даже более эффективного, чем натовские «совместные ядерные миссии». Он будет предусматривать возможность не только для обмена информацией, но также для осуществления совместного планирования и даже совместных операций с применением ядерного оружия.

В Белом доме с подобной интерпретацией не вполне согласны. Представитель Совета национальной безопасности США пояснил, что речь ни в коей мере не идет о совместном контроле над ядерным оружием или, тем более, его совместном использовании. На самом деле в рамках нового консультативного механизма ставятся лишь задачи повышения координации и улучшения взаимного сотрудничества в данной области.

В Южной Корее итоги визита оцениваются по-разному. «Уплотнение» американского «ядерного зонтика» воспринимается в экспертных кругах как событие неоднозначное. Проблема видится в том, что наряду с получением усиленных гарантий безопасности, страна становится более зависимой от будущих американских стратегических разработок. Представители оппозиционных партий отмечают также, что Южная Корея, уходя полностью под военную и политическую протекцию США, тем самым суживает свои возможности по сохранению дружественных отношений с Россией и Китаем.

Обращают внимание и на то, что в ходе саммита акцент был сделан исключительно на мерах военного противодействия КНДР. В то же время стороны не смогли выступить с новыми предложениями или идеями по вопросу о политико-дипломатическом урегулировании на Корейском полуострове. Между тем межкорейские отношения сейчас находятся на самой низкой точке за последние десятилетия.

На данном этапе говорить об угрозах для России в свете договоренностей между РК и США в военной сфере еще преждевременно. Важно, однако, наблюдать, в каком направлении будет эволюционировать новая стратегия сдерживания, взятая союзниками на вооружение, и какие конкретные очертания она обретет в будущем. Соглашение о заходах американских подводных лодок-носителей стратегического ядерного оружия в корейские порты – довольно тревожный сигнал. Особенно, если это станет прелюдией к дальнейшему постепенному подтягиванию американской военно-ядерной инфраструктуры в район Корейского полуострова.


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Новости Института
02.06.2023

В ближайшее время из печати выходит № 6 журнала «МЭ и МО». Центральное место в выпуске занимают материалы, так или иначе затрагивающие проблематику Индо-Тихоокеанского региона и политику ведущих держав в нем.

подробнее...

02.06.2023

Руководство и сотрудники ИМЭМО РАН приняли участие во встрече с делегацией Министерства иностранных дел Индии. Обсуждалось сотрудничество России и Индии в рамках «Группы двадцати» и в других форматах, развитие двусторонних отношений Москвы и Нью-Дели.

подробнее...

Вышли из печати