Россия, КНДР и безопасность на Корейском полуострове

743

used image: Встреча Министра иностранных дел РФ С.В. Лаврова с Председателем государственных дел КНДР Ким Чен Ыном, Пхеньян // youtube

© Давыдов О.В., 23.10.2023

На днях состоялся официальный визит Министра иностранных дел С.В. Лаврова в Пхеньян, где он был принят лидером КНДР Ким Чен Ыном и провел переговоры со своим корейским коллегой Цой Сон Хи. По оценке российской стороны, после сентябрьского саммита Президента В.В. Путина и Председателя государственных дел КНДР на космодроме «Восточный» отношения между двумя нашими странами вышли на качественно новый стратегический уровень. Поэтому теперь поставлена задача «без раскачки» начать работу по выполнению договоренностей, достигнутых на высшем уровне. Обсуждались вопросы дальнейшей активизации политического диалога, возобновления взаимных контактов по линии внешнеполитических ведомств, перспективы развития торгово-экономического сотрудничества, а также ситуация, складывающаяся на Корейском полуострове и в Северо-Восточной Азии.

Северная Корея остается для России интересным, но вместе с тем непростым партнером, отношения с которым не раз переживали и взлеты, и спады. Они традиционно определялись наличием баланса многообразных факторов, как благоприятствующих сотрудничеству, так и тех, которые затрудняли его развитие.

Перемены в отношениях, которые наметились в последний период времени, имеют мало прецедентов в прошлом. В пользу «наведения мостов» и развития взаимодействия сейчас говорит то, что в условиях обострения международной обстановки и появления тенденций к росту конфронтации в АТР позиции двух стран по многим вопросам быстро сближаются. КНДР – одна из немногих стран, которая полностью поддержала все действия Москвы в связи с конфликтом на Украине и разделяет российские оценки политики США и стран Запада в международных и региональных делах. С другой стороны, в Пхеньяне российский министр поддержал предпринимаемые корейской стороной меры в области «защиты суверенитета» и солидаризировался с ее оценками причин роста напряженности на Корейском полуострове, которые увязываются с возросшей военной активностью США, Южной Кореи и Японии. Совпадение подходов в этих вопросах рассматривается партнерами как основа для налаживания координации по внешнеполитической повестке в ООН и на других международных площадках.

Хороший старт заставляет тем не менее обратиться к непростым вопросам взаимного сотрудничества. Как известно, Северная Корея остается довольно бедной страной с автаркической и малоэффективной экономикой. Трудности усилились в период борьбы с пандемией COVID, когда КНДР полностью закрыла свои государственные границы, изолировав себя от внешнего мира. Хотя сейчас санитарные меры смягчаются, полного открытия страны так и не произошло. Многие ограничения сохраняются, что создает препятствия для восстановления железнодорожного сообщения с Россией и другими зарубежными странами, нормализации пассажиропотока.

В перспективе Пхеньян, несомненно, был бы заинтересован в том, чтобы воспользоваться благоприятной ситуацией для получения российской помощи в больших масштабах с целью модернизации национальной транспортной, энергетической инфраструктуры, сельского хозяйства, где положение дел обстоит далеко не лучшим образом. России это по силам, учитывая прошлый, еще советский, опыт сотрудничества.

Проблема, однако, заключается в том, что у КНДР решительно не хватает средств и возможностей для надлежащей оплаты такого содействия, и его оказание возможно лишь на кредитной или даже «спонсорской» основе. Кроме того, Россия в отличие от Китая слабо заинтересована в товарах традиционного северокорейского экспорта (уголь, железная руда, текстиль, рыба и морепродукты), и их ввоз даже в лучшие времена, когда в отношении КНДР еще не действовали санкции Совета Безопасности ООН, был мизерным.

Следует сказать, что и в «досанкционные» времена двусторонний товарооборот колебался обычно в пределах от 40 до 80 млн долл. ежегодно, причем до 90% в нем приходилось на российский экспорт. Стороны не раз ставили вопрос о кратном увеличении объемов взаимной торговли (в 2014 г. договорились поднять его до отметки 1 млрд долл.), однако эта цель так и не была достигнута. С учетом этого сейчас актуальная задача видится в том, чтобы дополнить межгосударственную дружбу и высокий уровень политических отношений устойчивостью в экономических связях, без которых взаимодействие было бы лишено необходимой глубины и прочной материальной основы.

Визит российской делегации в Пхеньян проходил на фоне резкого обострения напряженности на Корейском полуострове и существенного ухудшения отношений Северной Кореи с ее ближайшими соседями.В настоящее время межкорейский диалог полностью остановлен, а в отношениях между Сеулом и Пхеньяном нарастает ожесточение и взаимная враждебность. С другой стороны, урегулирование ядерной проблемы давно уже зашло в тупик, и перспектива возобновления переговорного процесса фактически утрачена. Руководство КНДР отказывается от денуклеаризации, заявляя о безальтернативности ядерного статуса страны.

У заинтересованных сторон разные точки зрения на причины углубляющегося кризиса. В России обеспокоены постепенным подтягиванием ядерной инфраструктуры США в район Корейского полуострова. Это, прежде всего, регулярное присутствие компонентов американской стратегической триады – авианосцев, подводных лодок и бомбардировщиков соответственно в портах Южной Кореи и в небе над ней. Возникают вопросы и по поводу деятельности недавно созданного трехстороннего формата США – Республика Корея – Япония: не станет ли он прообразом более широкого военно-политического альянса, направленного, в том числе и против России.

У Южной Кореи свои аргументы, своя логика. В Сеуле утверждают, что проводимые им совместно с союзником и партнером военные мероприятия стали ответом на действия КНДР, связанные с разработкой, испытаниями и размещением широкой линейки наступательных ракетно-ядерных вооружений. В последние два-три года Пхеньян на регулярной основе проводит пуски баллистических ракет различных классов и модификаций, а также учения с имитацией нанесения ударов тактическими ядерными боеприпасами. Угрозу для себя южнокорейцы усматривают и в том, что принятый в КНДР в прошлом году закон «Политика в отношении ядерных вооруженных сил» допускает возможность нанесения по противнику превентивных ядерных ударов.

На пике этих тревог в Сеуле даже заговорили о необходимости поиска ответа на данные вызовы на путях создания национального ядерного потенциала. Позднее эта тема была снята с повестки в связи с достижением между США и РК договоренности о создании консультативной ядерной группы. Тем самым был решен вопрос о более тесном подключении Сеула к выполнению задач совместного планирования в данной области и обеспечению «расширенного сдерживания».

Иными словами, между сторонами, вовлеченными в корейское урегулирование, на данном этапе накоплены значительные противоречия и недопонимание.

Ядерное балансирование на Корейском полуострове на грани конфликта опасно для интересов России. Поэтому Москва неизменно выступает в пользу дипломатического урегулирования. Судя по итоговым материалам, теме укрепления стабильности в этом регионе было уделено значительное место в ходе российско-корейских переговоров в Пхеньяне. В частности, С.В. Лавров высказался за начало переговорного процесса для обсуждения вопросов мира и безопасности в Северо-Восточной Азии и на Корейском полуострове без предварительных условий.

По-видимому, России будет непросто работать ради этих целей не только со своими оппонентами в лице США и Южной Кореи, в отношениях с которыми наблюдается дефицит коммуникаций, но и с КНДР, позиция которой также отличается своей спецификой. Пхеньян согласно его официальным заявлениям не считает возможным отказываться от ядерного оружия до тех пор, пока оно существует в мире, и поскольку Северная Корея сталкивается с «враждебностью» со стороны Вашингтона. Соответственно, ни в какие политические заверения корейская сторона не верит, и обладание ядерным и ракетным потенциалом Пхеньяном рассматривается в качестве единственно надежной гарантии безопасности. В сентябре этого года КНДР законодательно закрепила в конституции страны «принципы государственной деятельности в строительстве ядерных вооруженных сил», тем самым продемонстрировав необратимый характер этих решений.

Это создает для Москвы непростую дилемму. С одной стороны, Россия считает оправданными усилия КНДР в целях обеспечения на должном уровне обороноспособности страны. Но с другой – мы едва ли можем принять ядерный статус Пхеньяна и признать его легитимным обладателем ядерного оружия, поскольку это нарушает глобальный режим ядерного нераспространения и противоречит целой серии резолюций СБ ООН, принятых ранее в отношении Северной Кореи.

Хотя в создавшихся обстоятельствах перспектива урегулирования на Корейском полуострове выглядит неопределенной, первыми разумными шагами на этом пути могло бы стать восстановление дипломатических контактов и коммуникаций, меры по переходу от политики сдерживания к сдержанности. Это в случае успеха могло бы заложить предпосылки для последующей деэскалации конфликтной ситуации.


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Новости Института
23.04.2024

В рамках международного Кантовского конгресса в Калининграде инициаторы развития «Балтийской платформы» – ИМЭМО РАН, МГИМО МИД России, БФУ имени И. Канта при участии Института Европы РАН – провели специальную научно-экспертную сессию «Наследие Иммануила Канта для современных международных отношений».

подробнее...

23.04.2024

Центр североамериканских исследований в рамках исследовательского проекта «Стратегическое противостояние США с Китаем» выпустил первый научный доклад «Монитор противостояния США-Китай 2023». Доклад представляет собой анализ и мониторинг ключевых событий 2023 г. в конфликтных отношениях США и Китая.

подробнее...

Вышли из печати