О заявлениях Д. Рогозина по поводу уязвимости российских СЯС

803

© 22.07.2013, Арбатов А.Г., Дворкин В.З.

- Как Вы прокомментируете заявление вице-премьера Д.О. Рогозина, что «от 80 до 90 процентов ядерного потенциала РФ может быть уничтожено» в результате удара со стороны США с применением 4 тыс. единиц высокоточного оружия (крылатых ракет)? О чем свидетельствует данное заявление, что оно означает с точки зрения перспектив развития российских стратегических ядерных сил?

А.Г. Арбатов: - В своем комментарии на эту тему я прежде всего хочу напомнить, что США и Российскую Федерацию связывает длительная история совместной выработки и реализации соглашений в области контроля над вооружениями, в том числе соглашений по сокращению стратегических наступательных вооружений. В настоящее время действует подписанный в Праге в 2010 году новый Договор СНВ, который обе стороны выполняют, одновременно осуществляя программы модернизации своих ядерных сил. Между нами немало противоречий, но мы сотрудничаем с США через афганский транзит, боремся против распространения ядерного оружия и международного терроризма, держим свой золотой запас и стабфонд в американской валюте и ценных бумагах. Таким образом, вопрос о возможности нанесения ударов со стороны США с применением большого числа крылатых ракет может рассматриваться только гипотетически, тестируя нашу обороноспособность на сверхкритический стресс. Реальная политика и тот уровень отношений, которые нас связывают с США, свидетельствуют о том, что такого рода угрозы совершенно надуманны, тем более при наличии "страхового полиса" в  лице ядерного сдерживания.

Хотя Дмитрий Рогозин как вице-премьер, курирующий военно-промышленный комплекс нашей страны, обладает всей полнотой информации, связанной с обороноспособностью, его соображения не могут не вызвать недоумение. Сделанные Д. Рогозиным в конце июня заявления о том, что «от 80 до 90 процентов ядерного потенциала РФ уязвимо» для удара США с применением высокоточных средств, вступают в противоречие с тем, что недавно говорил президент России В. Путин. Всего год назад он в своей программной статье «Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России» (она публиковалась 20 февраля 2012 г. в «Российской газете») сказал: «Обеспечена надежная устойчивость и достаточность наземной, морской и воздушной составляющей стратегических ядерных сил России». И привел соответствующие данные в подтверждение: на вооружении армии до 25 процентов увеличилась доля современных ракетных комплексов наземного базирования, включая стратегические комплексы «Тополь-М» и «Ярс»; в дальней авиации сохранен парк стратегических бомбардировщиков Ту-160 и Ту-95мс, и идут работы по их модернизации (для них также принята на вооружение новая крылатая ракета воздушного базирования большой дальности); на дежурство заступают подводные стратегические ракетоносцы нового проекта «Борей» («Юрий Долгорукий» и «Александр Невский»), и так далее. Отсюда возникает вопрос - что же за первый год его правления вдруг так резко изменилось и почему?

Возможно, дело в том, что в последнее время пошли разговоры о секвестре оборонного бюджета и о том, чтобы переносить некоторые разделы программы вооружения, которые анонсировалась до 2020 года, на более поздние сроки. Кстати, о том, что Россия вряд ли сможет большие программы разворачивать сразу во всех трех составляющих нашей триады, президент Путин тоже писал, что если какие-то проблемы имеются, возможны различные пути их решения. К примеру, где-то нужно выделение дополнительных ассигнований, а где-то, напротив – более рачительное использование имеющихся средств. Или, скажем, можно было бы не делать так много типов стратегических систем, а выбрать какой-то один оптимальный и делать в большем количестве эти системы. К примеру, такой системой могла бы быть, на мой взгляд, система «Ярс» в грунтово-мобильном варианте и в варианте шахтного базирования. И если поставить задачу больше выпускать ракет типа «Ярс», мы могли бы меньше переживать за свою обороноспособность и безопасность.

По заявлениям Д.Рогозина можно сказать, что он несколько сгущает краски, и вполне понятно, почему. Как полагают некоторые специалисты, Дмитрий Олегович явно нагнетает ситуацию, пытаясь защитить ассигнования на сферу ВПК или те или иные конкретные программы вооружений. А в целом со стратегическими ядерными силами дела обстоят, я считаю, вполне приемлемо, тут главные трудности имеют не объективный, а субъективный характер: ошибочные решения по выбору систем оружия, эффект лоббирования заинтересованных группировок, чрезмерное внимание PR-составляющей. Но главные проблемы связаны с новейшими технологиями, информационно-управляющими системами, а также с выбором разумного пути реформирования и переоснащения сил общего назначения. Однако тут дело упирается в общую природу нашей экспортно-сырьевой экономики, в которой невозможно создать островок высоких технологий на базе "оборонки".

В.З. Дворкин: - Заявление о том, что в случае войны США могут за первые часы противостояния уничтожить 80 - 90% ядерного стратегического потенциала России, Д. Рогозин сделал на научно-практической конференции «Быть сильным: гарантия национальной безопасности России».  Этот вывод он сделал, предварительно сообщив, что «Согласно результатам военной игры, приведенным в Пентагоне в конце прошлого года, с помощью 3,5 - 4 тыс. единиц высокоточного оружия США могут за 6 часов уничтожить основные инфраструктурные объекты противника и лишить его возможности к сопротивлению».

Детальный поиск в сообщениях американских СМИ и на сайте Пентагона информации об этой игре в конце прошлого года не привёл к успеху. Хотя подобные игры Пентагон проводит регулярно и ничего необычного они не содержат. По-видимому, в данном случае Д. Рогозин использовал закрытую информацию ГРУ и СВР, интерпретировав ее по своему усмотрению. Но ключевой момент, на мой взгляд, состоит не в этом. Вывод о возможности уничтожить 80 - 90% ядерного потенциала России он сделал, сообщив о результатах военной игры, не имеющей никакого отношения к России. Теоретически вполне возможно, что в вооружённом  конфликте с какой-нибудь страной, например, в регионе Ближнего Востока, США способны решить задачу лишения её военно-промышленного потенциала с помощью 4 тыс. крылатых ракет. Хотя и это очень непростая задача. Известно, что в начале операции против Ирака американцы использовали около 500 крылатых ракет, при этом сильно истощили свой боезапас.

Но какое отношение к этому имеет ядерная Россия? Использование тысяч крылатых ракет для удара по России означало бы начало полномасштабной войны США/НАТО с нами. И здесь возникает целый ряд вопросов – каким угрозам США пытались бы в таком случае бы противодействовать, в чем может быть мотивация подобного шага? Я уже не говорю о том, что в  «Военной доктрине» Российской Федерации прямо зафиксировано, что ответом на подобный удар будет применение российской стороной ядерного оружия.

Таким образом, причины фактического нагнетания страхов со стороны вице-премьера Д. Рогозина, на мой взгляд, никоим образом не связаны с политикой США или их военной стратегией, а скорее всего, обусловлены угрозой секвестра запланированных ранее военных расходов. Но подобными заявлениями, не имеющими под собой серьезных оснований и больше напоминающих пиар-акцию, вредно запугивать население и правящий класс России, ведь если мы сами не будем верить в надежность нашего потенциала сдерживания, то в него перестанут верить и другие страны. Сдерживание - это  то, что в голове у контрагента: насколько он воспринимает возможность безнаказанного нападения. А ситуация с необходимостью внесения изменений в планы военных расходов от таких заявлений вряд ли кардинально изменится.

 


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Новости Института
19.07.2024

На протяжении 2023 г. динамика развития мировой экономики находилась под мощным влиянием геополитических факторов, связанных с вооружённым конфликтом на территории Украины и сопутствующим санкционным противостоянием России с ведущими экономически развитыми странами. Аналитика Сергея Афонцева на сайте РСМД.

подробнее...

19.07.2024

На сайте РСМД опубликована статья Александра Ломанова и Леонида Гамзы «Китай: поиск устойчивого роста». Анализируются главные направления и тенденции развития Китая в 2023 году. Рассмотрено поступательное развитие российско-китайских связей и дальнейшее укрепление двусторонних отношений всестороннего стратегического партнерства.

подробнее...

Вышли из печати