247

Картинка сгенерирована автором системой ChatGPT

© Хайнацкая Т.И. 06.08.2026

Жара 2026 г. вновь превратила климатическую проблему из относительно отвлеченной темы долгосрочной политики в факт повседневной жизни людей. Западная Европа пережила самый жаркий за всю историю наблюдений июнь – своего рода новый рубеж климатической реальности. Отличительной ее особенностью стала частота и продолжительность периодов экстремально высоких температур, так называемых волн жары (heatwaves): 23 из 30 случаев, зарегистрированных с 1950 г., произошли после 2000 г.^[1] Ситуация обострилась ввиду того, что температура поверхности Мирового океана достигла рекордного для июня уровня. Дополнительным фактором стало явление, получившее название Эль-Ниньо (исп. малыш) – периодическое потепление поверхностных вод тропической части Тихого океана, влияющее на атмосферную циркуляцию и временно усиливающее глобальные температурные аномалии. 

Нынешняя жара приобрела особое политическое звучание, поскольку пришлась на момент, когда климатическая повестка отошла на периферию европейской политической дискуссии. Ее место заняли вопросы «войны и мира», новые приоритеты экономики стран Запада, энергетической безопасности и промышленной политики, хотя еще недавно магистральное направление политики ЕС задавала Европейская «зеленая» сделка (далее – ЕЗС). Сегодня она меняется и становится более гибкой, пересматриваются или смягчаются и отдельные экологические требования к бизнесу, такие как отказ от изначального широковещательного плана по запрету на выпуск автомобилей с двигателем внутреннего сгорания к 2035 г.^[2]  

Первой реакцией политических сил на температурные аномалии стал призыв «зеленых» партий вновь придать ЕЗС статус приоритетного направления политики Евросоюза. В день встречи министров окружающей среды ЕС в Люксембурге, 25 июня, Европейская партия «зеленых» призвала подготовить экстренное совещание глав государств и правительств и срочно усилить климатические меры^[3]. Фракция «Зеленые/Европейский свободный альянс» 6 июля представила отдельный план действий в условиях жары. В нем предлагается направлять средства на охлаждение социально   значимых объектов – школ, больниц, домов престарелых и общественного транспорта, устанавливать системы вентиляции и кондиционирования, создавать затененные пространства, зеленые крыши и зоны с питьевой водой, а также ввести общеевропейские требования по защите работников при высоких температурах. Финансировать эти меры фракция предлагает за счет специального сбора с энергетических компаний – TotalEnergies, BP, Chevron, ExxonMobil и Shell: по ее расчетам, 7% их совокупной годовой выручки позволили бы мобилизовать около 70 млрд евро в год на климатическую адаптацию общественных зданий^[4]. В Германии Левая партия потребовала закрепить право на «hitzefrei» (выходной из-за жары), усилить защиту работающих на открытом воздухе, предусмотреть выдачу воды, обеспечить затенение помещений, перерывы и корректировки рабочего графика при опасных температурах^[5]. Правые партии предлагают наиболее простые решения. Французское Национальное объединение выступило за масштабное оснащение зданий кондиционерами^[6]. В Германии представители «Альтернативы для Германии» связали недостаток систем охлаждения с амбициозным климатическим курсом ЕС  и самой Германии.^[7]. Проблема состоит в том, что ни одна из политических сил не смогла представить обществу комплексную модель существования в условиях уже происходящего климатического изменения. Дебаты о мерах адаптации стали частью более широкого политического противостояния, которое наблюдается вокруг курса на «нулевые выбросы». Разногласия касаются стоимости климатических мер и масштабов государственного регулирования.

Предложенные на волне нынешнего климатического экстрима меры имеют скорее реактивный, а не стратегический характер. Несовпадение позиций и неодинаковое видение приоритетов представителями разных политических сил отражают различия в интерпретации климатической угрозы и в представлениях о распределении ответственности за ликвидацию ее долговременных последствий. Но основная проблема заключается в неготовности государств, бизнеса и локальных органов власти к таким чрезвычайным ситуациям. Во Всемирной метеорологической организации призвали к созданию систем раннего предупреждения, обновлению планов действий во время жары и координации между правительствами, органами здравоохранения и муниципалитетами^[8].

Наступившая жара оказалась настоящим стресс-тестом для «зеленого» курса в европейских странах. Она привела к росту спроса на электроэнергию для охлаждения, но при этом возможности генерации энергии снизились. Во Франции повышение температуры рек вынудило ограничивать мощность отдельных атомных энергоблоков, чтобы не превышать нормативы нагрева воды после ее использования в системах охлаждения^[9]. В Венгрии энергетический дефицит, вызванный снижением мощности АЭС «Пакш», заставил власти перейти к практическим мерам экономии, в том числе демонстративного характера: в Будапеште отключили декоративную подсветку на некоторых общественных зданиях и достопримечательностях^[10], сократили энергопотребление транспорта и призвали жителей оптимизировать использование электричества в вечерние часы^[11]. Так климатическая аномалия быстро превращается из экологической проблемы в вопрос функционирования базовой инфраструктуры. Возросший спрос на кондиционирование совпал со снижением возможностей национальных энергосистем: высокая температура уменьшила эффективность солнечных панелей, а слабый ветер ограничил выработку ветровой энергии. В Германии стоимость электроэнергии на рынке «на сутки вперед» в июне поднималась до 210 евро за МВт/ч – уровня, который был зафиксирован зимой 2025 г.^[12] Таким образом, летние пики потребления становятся для европейской энергосистемы сопоставимыми с традиционными зимними нагрузками, приблизившись к пиковым значениям.

Бизнес несет от «зеленых» мер ограничительного характера ощутимые потери. Жара непосредственно влияет на условия труда и, соответственно, на производительность. Так, в Германии уже при температуре в помещении выше 26°C работодатель должен оценить тепловую нагрузку, а после превышения 30°C – ввести защитные меры: организовать проветривание, ограничить поступление солнечного тепла, скорректировать рабочий график и обеспечить сотрудников питьевой водой. При температуре выше 35 °C помещение без специальной защиты считается непригодным для работы^[13]. Очевидно, что человек, работающий в кондиционируемом помещении, располагает иными возможностями адаптации, чем строитель, курьер или сельскохозяйственный рабочий. Поэтому климатическая адаптация неизбежно становится предметом социальной политики и поднимает ряд вопросов: какие меры предоставляются для защиты от жары, кто их оплачивает, как обеспечиваются безопасные для здоровья условия труда и как компенсируются риски для здоровья занятых на небезопасных работах. 

Наиболее болезненными будут отложенные, долговременные последствия нынешнего лета. По оценке британского аналитического центра Energy and Climate Intelligence Unit, июньская жара сократила прогнозируемый урожай зерновых в Европе примерно на 9 млн т и лишила производителей около 2 млрд евро потенциальной выручки. Наиболее значительные потери пришлись на Францию, где недобор кукурузы оценивался в 3,4 млн тонн, или 891 млн евро^[14]. В Италии экстремальная жара снижает урожайность, ускоряет созревание винограда в отдельных районах, а тепловой стресс скота привел к сокращению производства молока на 10%^[15]. Экстремальная жара становится фактором, ощутимо влияющим на доходы аграрного сектора, и, соответственно, на цены на продукты питания. Сокращение урожайности и рост производственных издержек создают риски для продовольственной безопасности.

В массовом сознании бытуют представления о том, что изменение климата – это прежде всего непосредственное ощущение температуры: жарко сегодня или холодно завтра. Но оно проявляется также в изменениях продолжительности сезонов и количества осадков, в учащении засух и пожаров, которые в свою очередь приводят к нарушению работы транспорта, энергетической инфраструктуры и сельского хозяйства и к более глубоким экономическим последствиям. Внимание к повестке усиливается во время конкретных и ощутимых погодных явлений, но ослабевает вместе с окончанием чрезвычайной ситуации.

Жара затронула и здравоохранение. Летом 2026 г. рост обращений совпал с перегревом самих медицинских учреждений: во французской больнице пациентов приходилось переводить в кондиционируемую зону ожидания, тогда как высокая температура в палатах усиливала нагрузку на персонал и снижала качество помощи^[16]. По предварительным оценкам, во время волны жары в конце июня 2026 г. в Европе было зафиксировано свыше 10 тыс. избыточных смертей, более 9 тыс. из которых пришлись на людей старше 65 лет^[17]. Рост смертности и нагрузка на здравоохранение изменили саму логику «зеленой» политики: климатическая повестка все меньше воспринимается как вопрос только сокращения выбросов и все больше как задача непосредственной защиты населения. Это подсвечивает необходимость акцентировать внимание на социальном измерение ЕЗС.

Проблема заключается также в разрыве между наднациональными целями Евросоюза и возможностями их реализации на национальном и локальном уровнях. При высоких общеевропейских ориентирах качество защиты населения зависит от возможностей государства и конкретного муниципалитета, которые определяются объемом доступных ресурсов, технической оснащенностью, готовностью специальных ведомств и политическими приоритетами. Так, в Германии ответственность за защиту населения от жары возложена преимущественно на земли и муниципалитеты, однако к 2026 г. специальные планы действовали лишь примерно в 200 муниципальных образованиях. При этом Берлин располагает комплексным планом из 72 мер, тогда как многие менее обеспеченные муниципалитеты Германии сталкиваются с нехваткой кадров и финансовых возможностей для разработки и реализации сопоставимых программ. В более широком контексте  изменившиеся природные условия не соответствуют закрепленным нормам регулирования, которые продолжают исходить из прежней климатической реальности. Политические силы готовы вести споры о целях «зеленой» политики, но не готовы к решению конкретных вопросов. Однако было бы упрощением видеть в этой ситуации лишь противостояние проэкологических сил и их противников. Слабость политического ответа указывает на «неповоротливость» существующих политических систем перед вызовами, которые невозможно полностью контролировать.

Элиты европейских стран уже не могут выбирать между политикой, направленной сугубо на смягчение последствий изменения климата, и политикой по адаптпции к таким изменениям. Потепление идет, и приспособление к новым условиям стало фактически неизбежным. Необходимо разработать национальные планы действий в условиях жары, запустить системы раннего предупреждения, изменить строительные нормы, продвигать инициативы по озеленению городов, принять комплекс мер по защите работников, модернизировать больницы и школы, наладить систему управления водными ресурсами. Очевидно, что если рост температур продолжится, стоимость реализации таких управленческих решений будет постоянно увеличиваться, а их последствия окажутся за пределами возможностей адаптации систем здравоохранения, энергетики и сельского хозяйства на национальном уровне.

Вернет ли жара «зеленую» повестку в центр европейской политической дискуссии? Скорее всего, она усилит ее присутствие, но приоритеты и акценты политики будут расставлены иначе, чем в уходящую «эпоху ЕЗС». Один и тот же опыт может укрепить противоположные политические установки: одни увидят в нем доказательство необходимости ускоренной декарбонизации, а для других это аргумент в пользу дешевой энергии, кондиционирования и ослабления экологических ограничений. Климатический кризис не устраняет политических противоречий, а проходит через них, обостряя борьбу за распределение ресурсов и ответственности. Жара разрушила иллюзию, будто экологическую проблематику можно временно отложить ради других приоритетов, и одновременно обнажила ограниченность, несвоевременность принимаемых «зеленых» мер и неадекватность управленческих подходов. Естественные процессы, лежащие в ее основе, не подчиняются ритмам электоральной конкуренции и не исчезают вследствие изменения общественных приоритетов. Поэтому вопрос состоит уже не в том, сохранится ли «зеленая» повестка, а в том, какая политическая сила сумеет наполнить ее содержанием, соответствующим новым вызовам.

Примечания:

^[1] Directorate-General for Climate Action. 5 things you should know about extreme heat – and how to beat it. European Commission. 09.07.2026. URL: https://climate.ec.europa.eu/news-other-reads/news/5-things-you-should-know-about-extreme-heat-and-how-beat-it-2026-07-09_en (дата обращения: 01.08.2026).
^[2] Хвостик Е. В Евросоюзе передумали запрещать двигатели внутреннего сгорания. Коммерсантъ. 16.12.2025. URL: https://www.kommersant.ru/doc/8293563 (дата обращения: 06.08.2026).
^[3] Heatwave: Greens call for emergency meeting of EU government leaders. European Green Party. 25.06.2026. URL: https://europeangreens.eu/news/heatwave-greens-call-for-emergency-meeting-of-eu-government-leaders (дата обращения: 01.08.2026).
^[4] The Greens/EFA Heatwave Action Plan. Greens/European Free Alliance. 06.07.2026. URL: https://www.greens-efa.eu/en/article/policypaper/the-greens-efa-heatwave-action-plan (дата обращения: 02.08.2026).
^[5] Mehrere Anträge zum Schutz vor Hitze beraten. Deutscher Bundestag. 25.06.2026. URL: https://www.bundestag.de/dokumente/textarchiv/2026/kw26-de-hitzeschutz-1191870 (дата обращения: 02.08.2026).
^[6] Lesueur C. France’s far-right RN banks on vague ‘air conditioning plan’ for heatwaves. Le Monde. 25.06.2026. URL: https://www.lemonde.fr/en/politics/article/2026/06/25/france-s-far-right-rn-banks-on-vague-air-conditioning-plan-for-heatwaves_6754851_5.html (дата обращения: 03.08.2026).
^[7] Niranjan A. From ‘heat panic’ to ‘sacrificed at the altar’: Europe’s air conditioning culture wars heat up. The Guardian. 05.07.2026. URL: https://www.theguardian.com/environment/2026/jul/05/europe-air-conditioning-culture-wars-heat-up (дата обращения: 03.08.2026).
^[8] Western Europe has hottest June on record. United Nations Regional Information Centre for Western Europe. 29.07.2026. URL: https://unric.org/en/europe-heatwave-2026-wmo (дата обращения: 05.08.2026).
^[9] Crellin F., Veyet T. High French River temperatures expected to limit nuclear power output next week. Reuters. 18.06.2026. URL: https://www.reuters.com/business/environment/high-french-river-temperatures-expected-limit-nuclear-power-output-next-week-2026-06-18 (дата обращения: 03.08.2026).
^[10] В Венгрии компании массово отключают светящиеся вывески из-за энергокризиса. РИА Новости. 05.08.2026. URL: https://ria.ru/20260805/magaziny-2109095209.html (дата обращения: 05.08.2026)
^[11] Khan K. Hungarians curb power use as record low Danube waters trigger energy crunch. Reuters. 05.08.2026. URL: https://www.reuters.com/business/energy/hungarians-curb-power-use-record-low-danube-waters-trigger-energy-crunch-2026-08-05/ (дата обращения: 05.08.2026).
^[12] Crellin F., Twidale S. As Europe heats up, summer power prices match winter peaks. Reuters. 31.07.2026. URL: https://www.reuters.com/business/energy/europe-heats-up-summer-power-prices-match-winter-peaks-2026-07-31 (дата обращения: 05.08.2026).
^[13] Technische Regeln für Arbeitsstätten. Raumtemperatur. ASR A3.5. Bundesanstalt für Arbeitsschutz und Arbeitsmedizin. URL: https://www.baua.de/DE/Angebote/Regelwerk/ASR/pdf/ASR-A3-5.pdf (дата обращения: 05.08.2026).
^[14] Partridge J. Food price fears after Europe’s heatwave destroys estimated €2bn of crops. The Guardian. 22.07.2026. URL: https://www.theguardian.com/environment/2026/jul/22/europe-heatwave-june-farming-lost-revenue-crop-damage (дата обращения: 02.08.2026).
^[15] Giuffrida A. Italy to place all 27 of its major cities on highest heat alert. The Guardian. 05.08.2026. URL: https://www.theguardian.com/environment/2026/aug/05/italy-heatwave-major-cities-highest-heat-alert (дата обращения: 06.08.2026).
^[16] Darwish E., Trujillo M. In sweltering French hospital, air-conditioned waiting room offers some relief. Reuters. 25.06.2026. URL: https://www.reuters.com/business/environment/sweltering-french-hospital-air-conditioned-waiting-room-offers-some-relief-2026-06-25/ (дата обращения: 06.08.2026).
^[17] Europe recorded 10,000 excess deaths during late-June heatwave, data show. Reuters. 12.07.2026. URL: https://www.reuters.com/business/environment/europe-recorded-10000-excess-deaths-during-late-june-heatwave-data-show-2026-07-12/ (дата обращения: 06.08.2026).