1230А. Арбатов, ИМЭМО РАН, РФ, 117997 Москва, ул. Профсоюзная, 23 (alarbatov@gmail.com)
Рассматривается Соглашение группы стран “5+1” с Ираном (Совместный всеобъемлющий план действий – СВПД) от 2015 г. Оценка документа состоит в том, что, несмотря на ряд спорных положений, он в целом существенно ограничивает, сокращает и перестраивает иранский ядерно-технический комплекс, программу его развития, запасы и качество ядерных материалов, а также запрещает деятельность потенциально военного характера. Особо отмечается беспрецедентный режим транспарентности и система контроля МАГАТЭ. Подчеркивается, что объективно (независимо от субъективных намерений Тегерана) в течение последующих 10–15 лет практически исключается создание Ираном ядерного оружия, как и сколько-нибудь значительная тайная деятельность военного характера. Подчеркивается, однако, что гораздо менее ясно будущее влияние Соглашения на систему и режимы ядерного нераспространения. Универсализация ограничительных положений и режима транспарентности Соглашения в качестве норм укрепления Договора о нераспространении ядерного оружия отвергается рядом государств, и в первую очередь, Россией. Она твердо придерживается позиции, что Соглашение – это исключительно иранская модель, не применимая к другим государствам, что зафиксировано в СВПД. Высказывается мнение, что данный вопрос станет предметом серьезных противоречий государств в сфере ядерного нераспространения.
Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), Иран, Россия, США, Евросоюз, атомные реакторы, обогащение урана, сепарация плутония, мирная атомная энергетика, военная ядерная программа, ядерное оружие, Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), гарантии МАГАТЭ
Размещено в РИНЦ
Нет комментариев