Заседание научно-теоретического семинара ЦСЭПИ

336

3 июня 2020 г. состоялось очередное заседание научно-теоретического семинара Центра сравнительных социально-экономических и политических исследований (ЦСЭПИ).

Тема семинара: «Граждане, гражданское общество и государство в условиях коронакризиса: вызовы, возможности, приоритеты и перспективы взаимодействия». Заседание прошло в онлайн-формате.

В обсуждении приняли участие сотрудники ЦСЭПИ:

И.С. Семененко отметила, что сложность анализа последствий глобального эпидемического кризиса связана, в том числе, с потенциальными маятниковыми проявлениями в его течении, усиливающими неопределенность оценки долговременных социальных эффектов. Был поставлен вопрос о методологических подходах к прогнозированию перспектив преодоления кризиса в контексте анализа социально-политических изменений в современных обществах. Было предложено выявить основных субъектов/акторов взаимодействия вокруг кризисной повестки дня – граждан, структур гражданского общества, государства и групп интересов, выступающих от его имени, а также бизнеса, проанализировать их интересы и мотивации. Особое место профессиональных сообществ связано с ключевой ролью экспертного знания в поиске ответов на современные вызовы, к которым, как показал нынешний кризис, оно оказалось не готовым.

Явственно обозначилась тенденция углубления социальных размежеваний в современных обществах в результате кумулятивного эффекта наложения одних социальных разломов на другие – эффекта, отмеченного в свое время еще Стейном Рокканом. На уровне индивидуального восприятия происходящего солидарности противостоит отчуждение и недоверие, страхам, связанным с эпидемией – критическое отторжение кризисной реальности, одобрению политики властей – неприятие мер государственного регулирования. По итогам уже сегодня проявились три типа ориентиров идентичности, соотношение между которыми будет определять посткризисные тренды организации национальных, городских, местных сообществ. Они формируют идентичность выживания, идентичность сопротивления и идентичность развития.

Уже сегодня можно определенно сказать, что ключами успеха тех или иных национальных вариантов антикризисных стратегий стали ответственность и доверие (об этом свидетельствуют примеры стран с такими разными политическими режимами, как Греция и Вьетнам). Ответственное поведение граждан строится на межличностном доверии и доверии к государству, но и на наличии каналов обратной связи, прозрачной и достоверной информации о ходе кризиса, и опирается на разные формы гражданской солидарности и самоорганизации. Будущее – за выбором в пользу приоритетов ответственного развития, которое ориентировано на широкое использование нематериальных, в том числе интеллектуальных ресурсов, на эффективное управление с гражданским участием и контролем и, главное, на ответственный ценностный выбор человека и гражданина. Поэтому возрастает значение духовного опыта как смысложизненного начала, основы ответственного отношения к самой жизни, и роль гуманитарного знания в преодолении социального отчуждения и самоотчуждения, в формировании ценностных оснований идентичности.

Е.С. Садовая в своем выступлении высказала мнение, что текущий коронакризис является составной частью глобального процесса преобразования всей системы современного мироустройства. Краткосрочные прогнозы оказываются трудновыполнимыми, учитывая скорость изменений, множественность субъектов трансформации и глубину накопившихся противоречий. Комплексный научный анализ затрудняет также отсутствие общей аналитической «системы координат», на основе которой могли бы быть построены отдельные «отраслевые» анализы (экономика, финансы, политология, социология). Было подчеркнуто, что беспрецедентный характер происходящего требует пересмотра методологических подходов к прогнозированию, разработки аналитического инструментария, адекватно отражающего формирующуюся реальность.

Была отмечена также растущая роль государства в социальной сфере в условиях сокращения ресурсной базы социальной политики и углубляющихся социальных дисбалансов. Это обусловлено целым рядом факторов. Только государство в ситуации масштабного экономического кризиса способно сконцентрировать инвестиционные ресурсы на приоритетных направлениях, поддержать банкротящиеся компании, производящие жизненно важные продукты и услуги. Кроме того, углубление территориальных и социальных диспропорций неизбежно потребует усиления перераспределительных функций государства. В этих условиях в выигрыше окажутся не те общества, которые смогут успешно расти экономически (в кризис это представляется практически невозможным), а те, которые меньше «упадут». Понимание этого побуждает государство и общество апеллировать к той системе ценностей, которая позволит объединиться и консолидировать усилия по преодолению негативных явлений как в экономике, так и в социальной сфере.

В.И. Пантин отметил, что во взаимодействии граждан, общества и государства в период коронакризиса прослеживаются различные, подчас неоднозначные и противоречивые тенденции. С одной стороны, нынешний кризис способствует развитию волонтерского движения, социальной взаимопомощи, определенной консолидации перед лицом общей опасности, в некоторых странах (например, в Германии, Австрии, Греции, Японии, Китае) – более ответственному поведению граждан. С другой стороны, в ряде стран усиливается тенденция социального разобщения, углубляется социальное неравенство («медицина для богатых» и «медицина для бедных»), растет отчуждение правящих элит от общества и недовольство действиями государства и региональных властей. Наиболее опасным представляется наложение друг на друга старых и новых социальных и политических размежеваний.

Коронакризис также стимулировал ускоренное и не всегда продуманное внедрение цифровых и информационных технологий, включая возрастающие риски утечки персональных данных. Оборотной стороной этого ускоренного, хотя и вынужденного внедрения может стать усиление тенденций контроля государства над гражданами с помощью новейших технологий, угроза усиления слежки и полицейских мер. В этой связи необходимо более продуманное и взвешенное использование новых цифровых технологий с учетом его социально-политических последствий, а также общественный контроль за деятельностью государственных органов в этой сфере.

В целом социально-политические последствия коронакризиса будут долговременными и отразятся на повседневной жизни всех граждан. Их вряд ли целесообразно рассматривать только с одной (условно «оптимистической» или условно «пессимистической») точки зрения.

К.Г. Холодковский считает, что последствия кризиса зависят как от модели взаимоотношений, существовавшей до его начала, так и от успехов в его преодолении (во многом, но не во всем связанных с этой моделью). Показательны в этом отношении кейсы Китая, Германии, Италии, США. Случай Китая – быстрая победа над коронавирусом в результате жестких мер авторитарного режима и преобладания коллективных ценностей и государственнических установок в китайской идентичности. Казус Германии – удачное и довольно быстрое преодоление кризиса в результате четких мер государства, опиравшегося на дисциплинированность, законопослушание и более или менее уравновешенные отношения между государством и гражданским обществом. В Италии – относительно быстрое преодоление эпидемии, но ценой больших потерь в экономике. Особенно сложным из четырех, очевидно, является кейс США, где эпидемия нанесла серьезные человеческие потери и причинила большой экономический ущерб.

Можно попробовать предсказать последствия для взаимоотношений государства и гражданского общества, различия вариантов в этих случаях. В Китае: в краткосрочном аспекте – укрепление авторитарного режима, в более долгосрочном – негативные последствия для общества, возможность ущерба и взрыва. В Германии – укрепление гармонии в отношениях между обществом и государством, но опасность увеличения перевеса последнего. В Италии – недовольство попытками государства укрепить власть и экономическим неблагополучием, возможность вспышек в гражданском обществе. В США – возникновение потребности в ликвидации перевеса индивида и гражданского общества, в более регулируемых отношениях между ними и государством, между штатами и центральной властью. Видимо, везде в краткосрочном или более долгосрочном плане возможно нарушение сложившихся, привычных взаимоотношений государства и гражданского общества. Рассмотренные варианты типичны.

И.Л. Прохоренко подчеркнула не только необходимость прогнозных разработок, но и важность внимательного отношения к результатам прогнозных исследований (так, осенью прошлого года широкой общественности стали доступны алармистские прогнозы относительно возможностей систем здравоохранения различных стран противостоять эпидемиям, подобным геморрагической лихорадке Эбола, но это никого не насторожило). Она поблагодарила Центр сравнительных социально-экономических и политических исследований и лично К.Г.Холодковского за инициативу проведения интересного проекта в целях прогнозирования с опорой на методику глубинных экспертных интервью, а также на акторный подход, отметила важность выбора метода изучения, систематизации и подготовки итогового экспертного заключения: это будет ориентация на совпадающие мнения экспертов или, в том числе, учет оценок, не укладывающих в усредненную канву рассуждений. Особо остановилась на двух тезисах. Во-первых, касательно эффектов пандемии и ее последствий различной продолжительности на потенциал Европейского союза, на возможное дальнейшее углубления страновых и макрорегиональных размежеваний в ЕС. Во-вторых, относительно трансформаций миропорядка – в плане усиления глобальной конкуренции, в том числе в сфере здравоохранения и медико-биологических научно-исследовательских разработок, формирования новой биполярности (США Китай) или укрепления полицентричности как тенденции стратегического порядка, трендов в развитии многостороннего сотрудничества и глобального управления, что заставляет международное научное сообщество по-новому осмыслить такие ключевые понятия, как неформальность и формальность, международные институты и международные режимы.

М.И. Сигачев остановился на вопросе об отношении граждан наиболее пострадавшей в Европе страны – Италии к ЕС в условиях коронакризиса в контексте оценки позиций «обиженных» стран-членов. Было отмечено, что обострились размежевания между Севером и Югом ЕС на макрорегиональном уровне, на региональном уровне в Италии обострилось аналогичное противоречие по линии Север – Юг, поскольку центром пандемии оказался североитальянский регион Ломбардия. Кроме того, важно отметить усугубление социально-политического раскола между гражданами и элитами, создающего базу для дальнейшего усиления социального популизма. Примечательно, что данное размежевание также сильнее всего проявилось в странах южной и средиземноморской Европы, где исторически сформировались «глубоко разделённые общества».

А.В. Рябов отметил, что одна из интерпретаций последствий коронавируса, глубоко укоренившихся в общественном мнении, состоит в том, что в ходе пандемии правительства, в том числе демократических стран, заметно усилили контроль над гражданами с помощью современных цифровых технологий и расширения полицейских мер, и что эта тенденция сохранится и в условиях посткризисного мира. Сам факт расширения полномочий правительств и усиления их власти не вызывает сомнения. Однако сохранится ли он в ближайшем будущем? Для ответа на этот вопрос нужно попытаться объяснить, почему правительства так рьяно стремились к усилению контроля над гражданами. Думается, это результат разрушения привычного баланса сил между различными группами интересов. Правительства оказались полностью неготовыми к пандемии – ни идейно, ни профессионально, ни организационно. Это вызвало у них, особенно в начале пандемии, чувство растерянности и усилило зависимость от внешнего влияния. На роль единственного спасителя человечества в новой ситуации могло претендовать только одно сообщество – профессиональных биологов, вирусологов, возможно, тесно связанное с мировым фармацевтическим лобби. Это привилегированное сообщество, представленное людьми с докторскими и профессорскими дипломами, в котором немало Нобелевских лауреатов и которое традиционно имеет мощные каналы влияния на власти. Именно оно претендовало на роль единственного носителя профессионального знания. Однако само оно оказалось полностью неготовым к вызовам пандемии. «Вирусологическое» сообщество, как вскоре выяснилось, не имело представлений о природе поразившей мир инфекции, и тем более не могло предложить реальных методов и механизмов борьбы с ним. Чтобы компенсировать свои провалы, оно сделало ставку на последнюю из доступных мер: жесткий карантинный режим с запретом хозяйственной деятельности. Большая часть европейских стран пошла по этому пути. В данном контексте интересен анализ «стран-исключений» (Швеции, где идеологизированность власти, политического класса явилась мощным противовесом давлению вирусологического лобби, а также стран ЮВА – Южной Кореи, Японии).

Сложившаяся в большинстве стран диспозиция едва ли сохранится в случае позитивного исхода борьбы с вирусом. Биологическое лобби потерпело провал в ходе пандемии. Его деятельность сводилась к трем функциям: бесконечным прогнозам, которые не сбывались; запугиванию населения новыми волнами болезни и мутациями вируса; насаждению с помощью правительств жестких ограничительных мер. Все, что человечество узнало о коронавирусе и о его лечении, оно узнало не от биологов, а от лечащих врачей, которые, рискуя своими жизнями, собирали эмпирический материал.

Правительства, освободившись от влияния одного лобби, утратят мотивацию к сохранению жесткой системы контроля над населением. К возвращению к докризисному статус-кво их будут подталкивать три обстоятельства. Во-первых, давление снизу, со стороны гражданского общества, выступающего против усиления полицейщины и ограничения прав человека. Во-вторых, восстановление конкуренции между группами интересов, которые будут препятствовать установлению монопольного влияния какой-либо из них над правительством. В-третьих, усилится влияние идеологии на деятельность правительств. Избиратели будут требовать от политиков твердого соблюдения демократических прав и свобод, и партии, получившие право на формирование правительств, будут вынуждены в большей степени следовать идеологическим принципам.

В.Л. Шейнис обратил внимание на три момента, которые идут параллельно с кризисом мирового уровня, в известной мере усилены им и, вероятно, продолжатся после него. 1). Кризис будет преодолен. Изобретут вакцину. Произойдут другие события, которые заслонят его следы и сгладят повреждения. Но последствия кризиса будут глубокими и растянутся на годы, если не на поколения. Геополитические: изменится соотношение сил и доминирующие центры силы. Экономические: изменятся производство, технологии, занятость и расселение народов. Не вмиг решится вопрос, куда деть массы трудоспособных с невостребованной квалификацией. Социальные: миграционные потоки и свобода передвижения будут перекраивать этническую карту мира. Ускорится ломка образа и стиля жизни миллионов людей. 2). Еще недавно преобладало представление, что главным двигателем развития и перемен становится гражданское общество. Что к повсеместно пробивающимся снизу добровольным гражданским объединениям переходит организация общественной жизни. Что роль государства с его политическими, административными, полицейскими и иными функциями сжимается. Но еще до кризиса стало заметно, что происходит восстановление и расширение функций государства, и в довольно жестких и многообразных формах. 3). Идеализированная картина победного шествия по миру демократических режимов сменяется противоположным видением — наступления авторитаризма. Он приспосабливается к мировым трендам, меняет одеяния и проникает на заповедные пространства Европы и Америки. Усиливается деградация демократических структур и режимов. Исторически сложившиеся формы подгнивают изнутри и являют обманные модели нелиберальной демократии, социальные образования типа «вождь и избравший его народ».

В.В. Лапкин обратил внимание на то, что роль нынешнего кризиса еще только предстоит осмыслить, поскольку основные социально-экономические и политические последствия произведенных им разрушений еще не проявились. Им присущ кумулятивный характер, и зримо проявятся они лишь к концу лета – началу осени 2020 г. (в США как наиболее сильно пострадавшей от COVID-19 стране они уже дают о себе знать). Но уже сегодня ясно, что живое человеческое общение становится непозволительной причудой индивида с позиции рационального общественного строя homo economicus, олицетворяющего общество, идеально встроенное в систему современного капитализма. И еще одной, возможно, самой важной старой/новой тенденцией, получившей дополнительный импульс в результате этого кризиса, стало усиление самоотчуждения человека, лишенного посредством тотальности on-line технологий ключевой жизненной опоры в виде непосредственного, личного, контактного общения. Современный человек неотвратимо попадает в ловушку отчуждения, а современный экономический порядок, повсеместно выстроенный на смычке государства и олигархии и держащий индивида под жестким финансовым (а теперь и цифровым) прессингом, не только обретает оправдание, но и претендует на статус естественной и безальтернативной нормы.

«Капиталистическая конкуренция» смещается на уровень государственно-интегрированных экономик, а управление экономической сферой в существенной степени становится областью политических решений государственной исполнительной власти в режиме «ручного управления». Сфера деятельности индивидуального предпринимательства (сфера экономической свободы в традиционном смысле) сужается, поощряя дальнейший захват рынков крупными корпорациями. В международной политике, международной торговле и финансах усиливается «блоковое мышление», захватывающее и сферу культуры.

Кризис стал вызовом для профессионального исследовательского сообщества. С одной стороны, он способствует оживлению дискурса о базовых проблемах понимания природы государства и общества, принципов их сосуществования в современном мире. Кризис проблематизировал наши представления о «классической» для современной науки связке «гражданское общество – национальное государство», выявил текучесть, изменчивость, эволюционную трансформацию этих понятий, как и феноменов, которым эти понятия адресуются. Исследователям в сферах общественных наук придется параллельно с анализом текущей конкретики проводить ревизию многих прежних концептуальных положений своих дисциплин.

Выступление Г.А. Монусовой акцентировало внимание на том, что кризис, вызванный пандемией, по-разному затронул разные слои населения.Уровень образования, вид деятельности, наличие цифровых навыков, объем сбережений – среди ведущих факторов, определяющих возможности домохозяйств минимизировать потери и пережить карантинные ограничения. Распространение дистанционных форм занятости свидетельствует о том, что цифровые навыки приобретают все большее значение на рынке труда и, становятся новым фактором социального неравенства. Эти тенденции усилятся и в постковидном будущем.

Выступление Н.В. Гоффе было посвящено противоречивому влиянию пандемии коронавируса на субъективное благополучие человека. Подчеркивалось, что удовлетворенность жизнью будет снижаться – многие компоненты, по которым можно судить о субъективном благополучии граждан, ухудшились. Речь идет о росте безработицы, неравенства и бедности, о падении доходов, ухудшении физического и душевного здоровья, росте домашнего насилия, ужесточении мер контроля, ухудшении международной обстановки (и это далеко не полный перечень). Мир выйдет из кризиса более бедным и, по-видимому, более конфликтным. В краткосрочной перспективе минусы перевесят возможные плюсы (такие, как улучшение состояния окружающей среды, рост гражданской солидарности, расширение участия граждан в принятии решений на локальном уровне), а вопросы благополучия граждан сохранятся в повестке дня правительств развитых стран.

В выступлении И.П. Цапенко были затронуты социальные последствия ограничений международной мобильности населения, введенных в целях противодействия распространению пандемии по каналам передвижений инфицированных лиц, и перспективы возобновления миграционных потоков. Рестриктивные меры, в том числе полное или частичное закрытие границ (запрет на въезд граждан определенных государств или лиц, побывавших на конкретных территориях), ужесточение медицинских проверок, изменение визовых правил, были приняты большинством государствами и получили общемировое распространение. Они привели к существенным изменениям в сложившейся в последнее двадцатилетие глобальной модели мобильности. Таким, как дальнейшее ужесточение правил въезда иностранцев с нарастанием рисков бюрократического произвола в этой области, усиление селективности иммиграционной политики, ее ренационализация, гуманизация отношения властей к уже находящимся на подведомственной им территории приезжим, возникновение, наряду с официально организованной массовой репатриацией, нелегальных потоков «застрявших» мигрантов на родину и др.

Складывание нового формата мобильности и управления ею в «будущей нормальности» будет определяться возрастанием значимости биологической составляющей национальной безопасности и необходимостью следования строгим санитарно-эпидемическим правилам; развитием бесконтактных цифровых технологий, создающим предпосылки для замещения растущей части физических перемещений работников виртуальными, равно как и перевода в бесконтактный формат пограничного контроля и создания цифровых платформ управления миграцией и мобильностью. Учитывая глобальный характер пандемий, эффективный ответ на их вызовы требует международного сотрудничества включенных в людские передвижения стран. Перспективным способом реализации подобного общественного запроса мог бы стать запуск продвигаемой ООН модели упорядоченной, безопасной, легальной и ответственной миграции и мобильности.

А.Л. Бардин остановился на последствиях кризиса для городских институтов управления, на которые легла основная оперативная нагрузка по борьбе с пандемией. Обострились некоторые уже существовавшие проблемы, а целый ряд задач встали перед городами впервые. Наиболее эффективный ответ смогли дать городские правительства, которые продвинулись в решении таких ключевых задач, как обеспечение безбарьерного обмена данными между различными ведомствами и эффективного межведомственного взаимодействия; сбор и мониторинг в режиме реального времени различных типов данных о жизни города, их интеграция и последующий анализ (в том числе посредством технологий искусственного интеллекта) для выявления граждан в группе риска, прогнозирования и предотвращения распространения инфекции; предоставление оперативной помощи населению и бизнесу при минимуме бюрократических процедур; обеспечение медицинских учреждений необходимыми ресурсами посредством централизованной системы анализа и управления; работа понятных двусторонних каналов коммуникации с населением. Важную роль в борьбе с кризисом сыграла способность городских властей выстраивать гибкие партнерства с различными акторами и оперативно поддерживать их инициативы. Высокую эффективность показали, например, многосторонние проекты, созданные в результате хакатонов, проведенных при поддержке городских и национальных властей. Можно ожидать, что нагрузка и требования к городским властям будут возрастать, это потребует пересмотра ряда существующих управленческих и организационных практик, корректировки или пересмотра подходов к взаимодействию с различными акторами.

В.А. Сауткина подчеркнула, что в условиях борьбы с новой болезнью - COVID-19 проявилась острая необходимость усилить международное сотрудничество на всех уровнях. Правительственным и медицинским учреждениям по всему миру потребовалось обеспечитькомплексное восприятие процессов внутри такого сложноорганизованного института, как общественное здравоохранение. Обмен опытом в этом направлении происходил в режиме реального времени благодаря задействованным в этом процессе IT- технологий. В конце мая 2020 г. ВОЗ, а также ряд государств-партнеров, запустили разработку технологической платформы – Пула доступа к технологиям для борьбы с COVID-19, участие в котором будет добровольным, основанным на принципах глобальной социальной ответственности и солидарности. Цель партнерства – создать универсальное хранилище для научных знаний, данных и интеллектуальной собственности, которые будут доступны всем членам мирового сообщества.

С.П. Артеев считает, что COVID-19 может способствовать усилению роли наднациональных институтов в глобальном управлении. Придание таким структурам ООН, как ВОЗ и ЮНЕСКО, наднациональных директивных полномочий в сфере здравоохранения, экологии и сохранения культурного наследия позволит более эффективно парировать угрозы и может нивелировать некоторые межгосударственные противоречия. Необходимо отходить от стереотипа, что наднациональность это удел тесно интегрированных между собой или же отстающих государств. Наднациональность нужна всем, так как глобальные угрозы требуют четкого реагирования на глобальном уровне, что затруднительно без наличия соответствующих развитых наднациональных институтов.

А.Р. Зенков обратил внимание на масштабы воздействия кризиса на систему образования. Пандемия помогла более взвешенно оценить перспективы дальнейшей цифровизации отрасли, выявить существующие барьеры и возможности на этом пути, осознать границы онлайн-образования. Среди препятствий для развития цифровых образовательных форматов были выделены различия в доступности каналов связи и стоимости телекоммуникационных услуг, показатели состояния цифровой компетентности учащихся и педагогов, техническая оснащенность участников системы образования современными средствами коммуникации. Технократизация оставляет «за скобками» множество значимых социальных функций образования – продовольственную и медицинскую помощь, психосоциальную поддержку учащихся, спортивную, культурно-досуговую составляющую обучения. Было отмечено, что с высокой вероятностью многие новые цифровые сервисы могут надолго закрепиться в стенах образовательных учреждений. Наряду с этим, уже сейчаспандемия позволила переосмыслить востребованность и ценность межличностного взаимодействия, традиционных образовательных практик.Сложившиеся условия способствовали определенной консолидации граждан, усилению их кооперации, расширению практик государственно-частного партнерства и появлению глобальных инициатив в этой области, однако «связать» эти разрозненные как по возможностям, так и по масштабам влияния усилия, обеспечить реализацию образовательной политики с учетом новых вызовов и в интересах большинства граждан способны только такие крупные институты, каковыми являются институты государства.

И.П. Удовенко отметил, что одним из последствий коронакризиса и серьезным риском оказывается снижение объемов международной помощи странам с высоким уровнем бедности, что с неизбежностью приведет к росту числа страдающих от голода в этих странах. Для развитых стран угрозу дестабилизации несет социальное отчуждение людей, потерявших работу, прежде всего тех, кто ранее находился в зоне «нетипичной» занятости и теперь лишен поддержки системы социального страхования. Таким образом, в мире возрастает запрос на защиту социальных и социально-трудовых прав, на формирование эффективных механизмов защиты гражданских прав и активизацию деятельности профессиональных сообществ.

Н.В. Кардава отметил в числе глобальных негативных факторов коронакризиса вызовы кибербезопасности. В этом контексте можно выделить как социальные атаки бытового уровня, так и уровня киберопераций (государственного или промышленного характера). Это фишинговые атаки, целью которых является нелегальное получение идентификационной и иной приватной информации о человеке, это и финансовое мошенничество, направленное непосредственно на несанкционированное получение денег или доступа к банковских счетам. В ряду примеров популярных типов кибератак, связанных с COVID-19 – рассылка писем по электронной почте вредоносным вложением или ссылкой на вредоносную программу/сайт, как правило с целью фишинга или вымогания денег граждан или предложения по установке вредоносных приложений, например, карты распространения коронавируса (с указанием вымышленных вирусоносителей рядом с точкой геолокации).

В обсуждении также принял участие А.В. Ломанов, который ответил на вопросы участников семинара об опыте Китая в преодолении коронакризиса, в том числе о роли правящей партии как ключевого актора этого процесса и о формах организации населения в борьбе с пандемией, об отношении граждан к мерам антивирусной политики, проводимой государством. Были также охарактеризованы особенности тайваньской модели кризисного регулирования.

Программа семинара


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Актуальные комментарии
Новости Института
14.07.2020

На портале «Научная Россия» состоялся прямой разговор Министра науки и высшего образования РФ Валерия Фалькова с членами РАН.

подробнее...

10.07.2020

В информационном агентстве "Интерфакс" состоялась заключительная онлайн-сессия "Примаковских чтений"  с участием Министра иностранных дел России Сергея Лаврова.

подробнее...

Вышли из печати