Соглашение о торговле между США и Японией: победа администрации президента Д. Трампа?

1615

© 10.12.2019, Чудинова К.О.

Photo by The White House // www.flickr.com/photos/whitehouse

4 декабря японский парламент ратифицировал соглашение о торговле между США и Японией, которое может вступить в силу 1 января 2020 г. Соглашение с рекордной скоростью – всего лишь за два с небольшим месяца – прошло все необходимые для ратификации инстанции и процедуры. Это свидетельствует в первую очередь о важности для администрации премьер-министра Японии Синдзо Абэ как данного договора, так и американо-японского сотрудничества.

«Сделка» состоит из двух частей – соглашения о торговле и соглашения о цифровой торговле. Японский парламент ратифицировал оба. Теперь, если президент Трамп подпишет соответствующее распоряжение (что, как ожидается, произойдет в ближайшие дни), соглашение о торговле может вступить в силу уже 1 января 2020 г., поскольку не требует утверждения Конгрессом США. Договор же о цифровой торговле должен пройти через Конгресс, поэтому его будущее пока остается неопределенным.

Очевидно, что с помощью соглашения премьер-министр надеется, идя на уступки, избежать введения дополнительных тарифов на японскую продукцию и не допустить развития торговой войны с США, угроза которой вполне реальна.

Новое торговое соглашение Японии и США во многом является результатом компромисса, на который японская сторона была вынуждена пойти, чтобы не допустить ограничения импорта японской продукции на американский рынок. При этом стороны рассматривают соглашение как «первый этап» заключения более комплексного двустороннего договора о торговлеi. Возможно, быстрое прохождение его через японский парламент обусловлено именно этим подходом.

Важным остается вопрос, является ли данное соглашение успехом администрации Д. Трампа? Можно ли считать его экономически целесообразным для Японии и действительно выгодным для США? Стало ли оно прогрессом по сравнению с Соглашением о Транстихоокеанском партнерстве, из которого Д. Трамп вывел Америку в первые дни своего пребывания на посту президента?

Экономическая политика Д. Трампа в отношении Японии является одним из ярких примеров, показывающих смену курса американской администрации после 2016 года. Место Японии в системе внешнеторговых связей США было и остается важным – в 2018 г. она занимала четвертое место как торговый партнер Америки, четвертое место как источник ПИИ и первое – как крупнейший держатель американских государственных ценных бумаг. Доля Японии составляла 4,8% от всего американского экспорта, а на японские товары и услуги приходилось 5,7% от всего американского импортаii. В 2018 г. экспорт американских товаров и услуг в Японию составлял 121,2 млрд долларов, что на 6% больше чем в 2017 г., а импорт из Японии – 179,1 млрд долларов, что превышает показатель 2017 г. на 4,5%. В итоге, дефицит торгового баланса в торговле товарами равнялся 67,6 млрд долларов. Необходимо, однако, отметить, что в торговле услугами у США устойчивое положительное сальдо торгового баланса с Японией, равное примерно 10 млрд долларовiii.

Основными категориями американского экспорта были промышленное оборудование и материалы – их доля составляла 20,3% (24,6 млрд долларов), а импорта – автомобили, автозапчасти и двигатели, на которые приходилось 31,3% (56 млрд долларов) от всего японского импорта в СШАiv. Соответственно, именно на автомобили и запчасти и приходится значительная часть дефицита торгового баланса США с Японией.

За последние десятилетия Япония стала одним из крупнейших инвесторов для Соединенных Штатов. Объем японских ПИИ в экономике США вырос по сравнению с 2017 г. на 3,3% и достиг 484,4 млрд долларов. Объем же накопленных ПИИ американских фирм в Японии, напротив, в 2018 г. сократился на 2,8% по сравнению с 2017 г. и составлял 125,5 млрд долларовv.

Взаимосвязь японских ПИИ и экспорта можно показать на примере автомобильной промышленности. По данным Японской ассоциации автопроизводителей в 2018 г. Япония экспортировала в США 1,731,025 автомобилей и грузовиков (от общего количества 4,817,470)vi. Однако, если взять японские активы в США, то на автопром приходится примерно 51 млрд накопленных инвестиций. В 2018 г. на японских заводах в США было выпущено около 3,7 млн автомобилей и грузовиков (и 4,4 млн двигателей). Данные предприятия создают рабочие места для 93 000 американцев, если считать только занятых на производстве (если добавить занятых в продажах и проч., это число рабочих мест значительно увеличивается). 424 тыс. автомобилей были затем экспортированы из США на другие рынкиvii. Из данного примера понятно, что две страны отличаются высокой степенью интеграции и взаимозависимости в различных связанных между собой секторах экономики. Безусловно, тарифные ограничения вряд ли могут быть подходящим способом регулирования таких торговых отношений.

До прихода администрации Д. Трампа США с Японией достаточно последовательно многие годы шли к созданию крупной зоны свободной торговли, позволяющей, в частности, обеспечить американским производителям лучший доступ не только к японскому рынку товаров, но и, что даже более важно, к рынку услуг. Относительная закрытость и зарегулированность последнего долго вызывала протесты американских поставщиков. Таким договором стало Транстихоокеанское партнерство, договор о котором был подписан в феврале 2016 г. Заинтересованность США в ТТП объяснялась также тем, что оно могло стать шагом к созданию Азиатско-Тихоокеанской зоны свободной торговли. А Китай, как предполагалось, был бы приглашен к участию уже после того, как основные правила приема новых государств были бы установленыviii. Считалось, что ТТП было образцовым «торговым соглашением XXI века» с высоким уровнем либерализации торговли и инвестиций, широким кругом подпадающих под его действие вопросов в дополнение к торговле товарами, услугами, инвестициями и другим стандартным статьям, включая регламентации по электронной торговле, деятельности государственных предприятий, государственным закупкам, рабочей силе, окружающей среде. США получили более широкий доступ к японскому рынку не только в сфере торговли товарами, но и в сфере услуг – к примеру, страхования. По оценкам гг. Петри и Пламмера, США должны были получить наибольшую выгоду от ТТП – к 2030 г. соглашение могло увеличить реальные доходы населения США на 131 млрд долларов, а годовой экспорт на 357 млрд долларов, или на 9,1%ix.

Президент Дональд Трамп вывел США из ТТП на третий день своего пребывания на посту – в январе 2017 г. После выхода Америки оставшиеся 11 членов ТТП под руководством Японии сформировали ЗСТ без участия США – Всестороннее прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (CPTPP), договор был подписан в марте 2018 г. и вступил в силу в декабре того же года. Разумеется, американские производители были крайне озабочены тем фактом, что их конкуренты из стран, входящих в CPTPP, а позднее и стран ЕС получили лучшие условия на японском рынке – в том числе, для заключения долгосрочных контрактов. В особенности это затрагивало фермеров – например, тариф на ввоз в Японию говядины, сниженный для импортеров из ЗСТ, для американских фермеров оставался 38,5%x.

После того, как США вышли из соглашения о ТТП, они добились ряда решений в свою пользу при пересмотре Соглашения о свободной торговле с Республикой Корея и Североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА), используя угрозы или зависимость этих стран от американского рынка.

В то же время администрация президента Трампа вела активную политику по ограничению импорта из стран-партнеров с помощью тарифных ограничений. В частности, в мае 2019 г., американский президент объявил, что импорт продукции автомобильной промышленности, в особенности импорт из Японии и ЕС, является угрозой для национальной безопасности. С тех пор угроза ввода тарифов согласно Разделу 232 Закона о расширении торговли 1962 г. регулярно использовалась американской администрацией для давления на партнеров. Так как автомобили, запчасти и двигатели – важнейшая категория японского экспорта, и на них, к примеру, в 2018 г., приходилось 31,3% (56 млрд долларов) от всего японского импорта в СШАxi, для Японии крайне важно было достигнуть компромисса и получить гарантии, что на эту статью экспорта не будут наложены новые ограничения.

Действия американской стороны во многом подтолкнули другие страны к созданию альтернативных зон свободной торговли, не включающих США. К примеру, были завершены долгие переговоры по ЗСТ между Японией и ЕС, и в феврале 2019 г. соглашение об экономическом партнерстве между ними вступило в силу. На эти страны в 2018 г. приходилось около 30% американской торговли.

Таким образом, в условиях, когда администрация президента Трампа постоянно возвращалась к угрозе введения новых тарифных ограничений на японскую продукцию, в сентябре 2018 г. С. Абэ согласился начать двусторонние торговые переговоры.

После введения тарифов на импорт продукции из стали и алюминия многие страны, на которые приходилась значительная часть американского экспорта сельскохозяйственной продукции (в особенности Китай), ввели ответные пошлины, от которых в итоге пострадали американские фермеры. Разумеется, перед президентскими выборами администрация старается улучшить их положение.

Соответственно, для США в данном соглашении важнейшими направлениями оставались сельское хозяйство и автомобильный рынок. Вообще круг обсуждаемых вопросов, что вполне естественно, был довольно близок к ТТП.

В условиях, когда часть Конгресса сопротивляется ратификации пересмотренного USMCA, переговоры по соглашению с ЕС идут с большими затруднениями, а торговая война с Китаем продолжается, заключение договора с Японией было одним из приоритетов президента Трампа.

Наиболее значимым практическим результатом соглашения о торговле товарами стало снижение или отмена ограничений на импорт в Японию американской сельскохозяйственной продукции, включая говядину, свинину, некоторые фрукты и орехи, а также вина, сыры и проч. на общую сумму более 7 млрд долларов.

По данным американского торгового представителя, из общего объема американских сельскохозяйственных товаров на 14,1 млрд долл., импортированных Японией в 2018 г., беспошлинно были ввезены товары на 5,2 млрд долларов. В соответствии с новым соглашением Япония отменит или снизит тарифы на дополнительные 7,2 млрд долларов на продукты питания и сельскохозяйственную продукцию. После вступления соглашения в силу более 90% импорта продовольствия и сельскохозяйственной продукции из США будут ввозиться в Японию либо беспошлинно, либо в рамках преференциального тарифного режимаxii. Важно отметить, что тарифный режим в отношении товаров, указанных в соглашении, соответствует режиму, которые Япония предоставляет преимущественно странам, входящим в CPTPP.

Таким образом, когда соглашение вступит в силу, американские фермеры будут иметь примерно одинаковые условия на японском рынке с импортерами из стран, входящих в CPTPP. Разумеется, этот результат призван принести американскому президенту голоса избирателей-фермеров на выборах в 2020 г.

Соединенные Штаты в свою очередь обеспечат отмену или сокращение тарифов на импорт сельскохозяйственной продукции из Японии, объем которого в 2018 г. составил около 40 млн долларов. США также планируют снижать или отменять тарифы на определенные промышленные товары из Японии, такие как станки, паровые турбины, велосипеды, велосипедные детали, музыкальные инструменты и проч.xiii

Значительно более прогрессивным является второе подписанное соглашение – по цифровой торговле. В данной области обе стороны имеют в значительной степени сходные цели, и соглашение отличается высоким уровнем, следуя стандартам, заложенным в ходе переговоров между США, Канадой и Мексикой, USMCAxiv. Вопрос только в том, что данный документ, в отличие от договора по торговле, требует ратификации Конгрессом, и неизвестно, удастся ли администрации этого добиться.

Возможно, самым значимым является тот факт, что за рамками торгового соглашения остались договоренности по американским тарифным ограничениям на ввоз продукции японской автомобильной промышленности. Представители американской администрации, включая президента, дали устные обещания, что новые тарифы, которыми США долго угрожали Японии, введены не будут. Снижение тарифов на автомобили (сейчас они составляют 2,5%) предусматривалось в ТТП – хотя и очень постепенно, в течение 25 лет после вступления соглашения в силу (через 25 лет должны были быть отменены все тарифы на ввоз японских автомобилей, через 30 лет – грузовиков)xv.

В новом соглашении эти статьи отсутствуют и, скорее всего, будут предметом обсуждения в ходе дальнейших переговоров. Японской стороне, видимо, пока приходится полагаться на заверения администрации Д. Трампа, что увеличение тарифов не планируется.

Это в какой-то степени логично, президент не хочет, преумножая голоса фермеров, терять избирателей, занятых в автомобильной промышленности.

Администрация же С. Абэ, по сути, отчасти пожертвовала интересами своих фермеров, чтобы защитить интересы производителей автомобилей.

Продолжатся переговоры (что является наиболее вероятным вариантом) или нет, американо-японское торговое соглашение вполне может служить для проверки намерений американской администрации. Если к Японии действительно не будут предъявляться дальнейшие требования, и следующие этапы либерализации торговли будут осуществляться согласно достигнутым договоренностям, это станет сигналом для других партнеров США, что двусторонние сделки могут служить прочной основой для дальнейшего взаимодействия с Америкой. Однако в случае нарушения этих договоренностей партнеры Америки могут решить, что идти на уступки США не имеет смысла, что усугубит развитие торговых войн.

Вопрос, является ли данное соглашение о торговле успехом американской администрации, не имеет единственного ответа. С одной стороны, в свете идущей торговой войны с Китаем и медленного развития переговоров с другими крупнейшими партнерами – да, безусловно, сделка с Японией может расцениваться как успех политики президента Д. Трампа. С формальной точки зрения, США, наконец, получают доступ к японскому рынку примерно в том же объеме и на схожих условиях, что и партнеры Японии по CPTPP. При этом не снимаются существующие тарифные ограничения на продукцию японской автомобильной промышленности, и остается возможность (пусть и в нарушение договоренностей) ввести дополнительные тарифы. Если будет ратифицировано Конгрессом «продвинутое» соглашение о цифровой торговле, эта сфера будет отдельно регулироваться весьма продуманным и актуальным сводом правил. Предусматривается дальнейшая работа по заключению комплексного двустороннего соглашения, для которого эти два договора послужат основой.

С другой стороны, новое торговое соглашение не дает больших преимуществ США по сравнению с ТТП – скорее, компенсирует части американских производителей выход США из Партнерства, но далеко не приближается к тем выгодам, которые предлагало ТТП (к примеру, опять отложен вопрос доступа на рынок для производителей фармацевтической продукции и поставщиков услуг). Однако американские фермеры окажутся в лучшем положении, чем в течение нескольких последних лет. Это поможет Д. Трампу получить их голоса на грядущих выборах, так что политически данное решение выглядит вполне оправданным. Но с экономической точки зрения участие США в ТТП (CPTPP) представляется более целесообразным, поскольку убедительных доказательств, что двусторонние соглашения в перспективе приведут к такому же экономическому росту, пока нет, а вот ущерб и издержки, которые несут производители и потребители, уже очень заметны.

Для Японии данное соглашение является скорее результатом отсутствия выбора. Японской стороне не удалось добиться ни снижения тарифных ограничений на импорт автомобилей, ни даже письменных гарантий того, что не будут введены новые ограничения. Но, судя по реакции японских политиков, они считают, что, пойдя на уступки, выбрали меньшее из двух зол для своей экономики. К сожалению, если стороны действительно пойдут на второй круг переговоров, угроза введения тарифов как основной аргумент США останется в силе. И непонятно, до какой степени Японии придется дальше сдавать свои позиции. Однако к небольшим победам японской стороны относится отсутствие в соглашении требований по экспортным квотам, поскольку представители Японии ясно дали понять, что никакие количественные ограничения не будут одобрены.

Отечественные и зарубежные исследователи имеют разные позиции по преимуществам и недостаткам экономической политики президента Д. Трампа, однако многие сходятся на гипотезе, что рост неопределенности и протекционизма, а также торговые войны между крупнейшими экономиками мира являются признаками глобального кризиса системы правил, регламентирующих международную торговлю. В этих условиях политика администрации Д. Трампа, возможно, является лишь не совсем целесообразной попыткой борьбы с симптомами, вместо того чтобы совместно с другими ведущими экономиками пытаться изменить всю систему правил в соответствии с требованиями новой реальности.

Примечания:

i Trump to Sign U.S.-Japan Trade Deal Proclamation Next Week: Trade Representative // Reuters. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://www.reuters.com/article/us-usa-trade-japan/trump-to-sign-u-s-japan-trade-deal-proclamation-next-week-trade-representative-idUSKBN1Y82E7

ii Williams B.R., Cimino-Isaacs C.D. U.S.-Japan Trade Agreement Negotiations // Congressional Research Service. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://crsreports.congress.gov/product/pdf/IF/IF11120

iii Japan - International Trade and Investment Country Facts // Bureau of Economic Analysis. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://apps.bea.gov/international/factsheet/factsheet.cfm?Area=614

iv Ibid.

v Ibid.

vi Motor Vehicle Statistics of Japan // Japan Automobile Manufacturers Associatlon, Inc. 2019. [Электронный ресурс]. http://www.jama-english.jp/publications/MVS2019.pdf

vii Japanese-brand Automakers Celebrate Their Enduring Partnerships across America // Japan Automobile Manufacturers Associatlon, Inc. 2019. [Электронный ресурс]. https://www.jama.org/japanese-brand-automakers-celebrate-their-enduring-partnerships/

viii JETRO Global Trade and Investment Report. 2011 // Japan External Trade Organization (JETRO) Overseas Research Department. 2011. [Электронный ресурс]. https://www.jetro.go.jp/ext_images/en/reports/white_paper/trade_invest_2011.pdf

ix Petri P.A., Plummer M.G. The Economic Effects of the Trans-Pacific Partnership: New Estimates // Peterson Institute for International Ecomomics. 2016. [Электронный ресурс]. https://www.piie.com/publications/wp/wp16-2.pdf

x Williams B.R., Cimino-Isaacs C.D. U.S.-Japan Trade Agreement Negotiations // Congressional Research Service. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://crsreports.congress.gov/product/pdf/IF/IF11120

xi Japan - International Trade and Investment Country Facts // Bureau of Economic Analysis. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://apps.bea.gov/international/factsheet/factsheet.cfm?Area=614

xii Fact Sheet on U.S.-Japan Trade Agreement // Office of the United States Trade Representative. 2019. [Электронный ресурс]. https://ustr.gov/about-us/policy-offices/press-office/fact-sheets/2019/september/fact-sheet-us-japan-trade-agreement

xiii Ibid.

xiv Williams B.R., Cimino-Isaacs C.D. U.S.-Japan Trade Agreement Negotiations // Congressional Research Service. 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://crsreports.congress.gov/product/pdf/IF/IF11120

xv The Trans-Pacific Partnership. Bilateral U.S.-Japan Outcomes // Unites States Trade Representative. 2015. [Electronic resource] https://ustr.gov/sites/default/files/TPP-Summary-US-Japan-Motor-Vehicle-Trade-Non-Tariff-Measures.pdf


Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Актуальные комментарии
Новости Института
14.06.2021

Вышел из печати 1-й номер квартального бюллетеня «Российский Экономический Барометр» за 2021 год на русском языке.

подробнее...

10.06.2021

На полях «Примаковских чтений» состоялась международная научная конференция «Интеграционные процессы на евразийском пространстве: тенденции, проблемы, перспективы». В конференции приняли участие более 50 специалистов из России и стран Евразии.

подробнее...

Вышли из печати