К итогам визита президента Республики Корея Мун Чжэ Ина в страны Центральной Азии

737

© 24.04.2019, Федоровский А.Н.

President Moon Jae-in during his state visit to Uzbekistan // Used image from youtube

Президент Республики Корея Мун Чжэ Ин с 16 по 23 апреля посетил Туркменистан, Узбекистан и Казахстан. Визиту главы южнокорейского государства в Центральную Азию предшествовала большая подготовительная работа, призванная существенно поднять уровень политического и экономического взаимодействия со странами региона. Прошедший в ноябре 2018 г. в Сеуле 11-й Форум сотрудничества «Республика Корея – Центральная Азия» (на уровне заместителей министра иностранных дел) укрепил мнение южнокорейской стороны в низкой эффективности многостороннего диалога со странами Центральной Азии. Связано это с тем, что Форум так и не привел к созданию многосторонних институтов и механизмов взаимодействия. В этих условиях политику в регионе Сеулу приходится выстраивать в двустороннем формате на основе личных договоренностей руководителей государств. Для координации действий на этом направлении создана специальная структура: президентский Комитет по северному экономическому сотрудничеству. Хотя «новая северная политика», провозглашенная Мун Чжэ Ином, подразумевает также отношения с Китаем, Россией и Монголией, в последнее время Центральной Азии в приоритетах Сеула уделяется особое внимание.

Главной целью визита было объявлено содействие увеличению экономического сотрудничества со странами Центральной Азии, чему на взгляд нынешней южнокорейской администрации до сих пор придавалось недостаточное значение. По словам председателя совета директоров южнокорейской Ассоциации бизнесменов Евразии Ян Ёнхо, «последние шесть лет были просто потеряны»1. Растущий интерес Сеула к Центральной Азии определяется также стремлением быть там, где проявляет свою активность Китай, реализуя концепцию «Один пояс, один путь».

Вместе с тем налицо наличие проблем и дисбаланса в развитии отношений РК со странами Центральной Азии. Прежде всего, это незначительный и неустойчивый товарооборот, составивший в 2018 г. как с Казахстаном, так и Узбекистаном около 2,2 млрд долл. (В свою очередь данные казахстанских и узбекских источников говорят о товарообороте, составившей в 2018 г., соответственно, почти 4 млрд долл. с Казахстаном и 3 млрд долл. с Узбекистаном). С другими странами региона торговля колеблется по годам от 20 до 130 млн долл. И в Казахстане и Узбекистане действуют (по разным данным) от 400 до 500 компаний с участием южнокорейского капитала. Часть продукции, выпускаемой местными компаниями с участием южнокорейского капитала, экспортируется в третьи страны, прежде всего – в Китай. Товарная номенклатура экспорта из Центральной Азии ограничена редкоземельными металлами, нефтью (из Казахстана), хлопком и текстилем (из Узбекистана).

Активность южнокорейского бизнеса сдерживает масштабная коррупция, низкий уровень управления экономикой, остающаяся неопределенность в выборе приоритетов развития. Так, в представленной в декабре 2018 г. «Дорожной карте основных направлений структурных реформ в Узбекистане на 2019-21 гг.» в пункте 2 намечается «ускорение перехода к конкурентной рыночной экономике», в то время как в пункте 4 – «усиление роли государства в рыночной экономике». Не ясны южнокорейским инвесторам приоритеты и механизмы, призванные обеспечить реализацию выдвинутой Н. Назарбаевым в сентябре 2018 г. концепции международной торговой зоны «Центральная Азия». Состоявшиеся в Ташкенте в апреле 2018 г. переговоры К-Ж. Токаева и Ш. Мирзиёева не прояснили этот вопрос.

В этих условиях переговоры фокусировались на реализации конкретных проектов, привязанных к первоочередным задачам развития каждой страны.

В частности, визит Мун Чжэ Ина в Туркменистане начался с посещения построенного при участии южнокорейского бизнеса крупного нефтехимического комплекса в Киянлы, находящегося в 500 км от Ашхабада. Участие в переработке углеводородов намечается дополнить вовлечением южнокорейских технологий в модернизацию местной медицины, в том числе за счет внедрения дистанционных систем диагностики.

Предмет переговоров в Казахстане и Узбекистане: реализация инфраструктурных объектов, проекты в промышленности, сельском хозяйстве, логистика и технологии. Южная Корея сохраняет интерес к добыче урана, нефти, газа. Поддерживается также расширение южнокорейского культурного присутствия в регионе. Всего по результатам визита было инициировано участие южнокорейских компаний в 24 крупных проектах трех стран, предусматривающих инвестиции в размере 13 млрд долл.

Сеул особенно внимательно следит за деятельностью нового руководства в Ташкенте. Позитивный отклик встретили изменения в экономической политике Узбекистана (активизация рыночных преобразований, поддержка деятельности иностранных инвесторов), с которым в первую очередь связывают перспективы расширения южнокорейского экономического присутствия в Центральной Азии. В 2017 г. состоялся визит президента Узбекистана Ш. Мирзиёева в Сеул, в ходе которого была намечена программа двустороннего сотрудничества. Между странами действует облегченный визовый режим, соглашение о трудовой миграции. Узбекистан выражает также готовность подписать с РК Соглашение о свободной торговле. Состоявшиеся в Ташкенте переговоры стороны признали успешными, способными придать новым импульс торгово-инвестиционным обменам. Республика Корея, судя по высказываниям членов южнокорейской делегации, рассматривает Центральную Азию как один из перспективных экономических районов, способных эффективно аккумулировать внешние инвестиции.

Вместе с тем в ходе поездки Мун Чжэ Ина зондировались возможности взаимных политических действий. Южнокорейское руководство, озабоченное проблемами урегулирования отношений с КНДР, особо оценило озвученную Н. Назарбаевым на международных форумах, в том числе в ООН, позицию Казахстана относительно благотворности с экономической и политической точек зрения отказа страны от ядерного статуса. В то время как некоторые эксперты спекулируют на кризисе в Ливии и гибели её руководителя М. Каддафи, связывая эти события с последствиями свертывания ливийского атомного проекта, Казахстан настойчиво подчеркивает, что избавление от роли обладателя ядерного оружия создало благоприятные условия для расширение политического и экономического сотрудничества со всеми зарубежными государствами включая Россию, КНР, США, ЕС, что способствовало динамичному социально-экономическому развитию. Такой подход полностью совпадает с аргументами, выдвигаемыми Сеулом Пхеньяну.

Кроме того, Южная Корея позитивно относится ко внешнеполитическим амбициям Казахстана (а с недавнего времени и Узбекистана). Республика Корея, наряду с такими странами как Австралия, Мексика, Турция, выступает за повышение роли в мировой политике «средних государств». Привлекая к совместным действиям в этой группе новых партнеров, Сеул повышает свою роль на международной арене, – и в Центральной Азии эта инициатива встречает позитивный отклик. Реализация намеченных коммерческих проектов как раз и должна сбалансировать политические и экономические возможности стран Центральной Азии, и Южная Корея рассчитывает за счет кооперации со странами региона в целом ряде областей в долгосрочной перспективе повысить результативность своей дипломатии и внешнеэкономической деятельности.

Примечания:

1 Корейский бизнесмен: мы потеряли 6 лет, когда другие инвестировали в ЦА / uz.sputniknews.ru/economy/20190419


к списку

Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Актуальные комментарии
Новости Института
21.08.2019

Марина Хохлова выступила с докладом Beyond Professional Employment: What Do the Young Want? в рамках 14-й конференции Европейской социологической Ассоциации (ESA) - Europe and Beyond: Boundaries, Barriers and Belonging.

подробнее...

16.08.2019

Павел Тимофеев принял участие в круглом столе на тему «Россия – Франция: двусторонние отношения и мировая повестка», проведеном в МИА «Россия сегодня».

подробнее...

Вышли из печати