Договор о ЕАЭС пока не снимает нерешенные проблемы интеграции

1818

© 02.06.2014, Портанский А.П.

29 мая 2014 года в Астане президенты России, Беларуси и Казахстана подписали Договор о создании Евразийского экономического союза (ЕАЭС), который должен вступить в силу уже 1 января 2015 г. «Подписанный договор имеет действительно эпохальное, историческое значение, открывает самые широкие перспективы для развития экономик и повышения благосостояния граждан наших стран», – заявил на церемонии подписания договора В.В. Путин. Он также подчеркнул, что на мировой арене появляется новая экономическая организация, обладающая в полной мере международной правосубъектностью. Последнее, кстати, немаловажно, поскольку предшественник ЕАЭС – Таможенный союз таковой не обладал, что не позволяло ему выступать на международной арене в качестве самостоятельного субъекта и создавало тем самым все больше помех при развитии торгово-экономического сотрудничества с другими странами.

Интеграция на постсоветском пространстве началась вскоре после распада Советского Союза и отмечена целым рядом попыток сближения, многие из которых, к сожалению, оказались неудачными. Проект интеграции в формате Союза Независимых Государств (СНГ) не состоялся, т.к. довольно быстро выяснилось, что СНГ это структура, предназначенная скорее для цивилизованного развода, нежели сближения. В 2000 г., на основе инициативы президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, было создано Евразийское Экономическое Сообщество (ЕврАзЭс). Его целью было провозглашено «эффективное продвижение процесса формирования государствами-участниками Таможенного союза, координации их подходов при интеграции в мировую экономику и международную торговую систему».

Начало создания Таможенного союза России, Казахстана и Белоруссии было положено 6 октября 2007 в Душанбе, когда В.Путин, Н.Назарбаев и А.Лукашенко подписали договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза (ТС). Одновременно была учреждена Комиссия Таможенного союза – единый постоянно действующий регулирующий орган Таможенного союза. Строительство ТС реально активизировалось только два года спустя – в июне 2009 г.

Однако весной 2010 г., незадолго до одобрения базовых документов о создании Таможенного союза, Минск отказался вступать в ТС на условиях, предложенных ему Москвой и Астаной. 28 мая 2010 г. белорусский премьер С. Сидорский не приехал в Санкт-Петербург, чтобы подписать документы для формирования единой таможенной территории, после чего на следующий день – 29 мая президент В. Путин заявил, что с 1 июля 2010 г. Таможенный союз на данном этапе видимо будет создан только Россией и Казахстаном. Недовольство Белоруссии было связано с ограничениями в торговле нефтью и нефтепродуктами, на которых настаивала Москва. Лишь в последний момент Минск согласился пойти на ряд уступок, и 1 июля 2010 г. в силу вступил Таможенный кодекс Таможенного союза, что явилось фактическим созданием единого таможенного пространства России, Беларуси и Казахстана.

1 января 2012 г. формально начался следующий этап интеграции – Единое экономическое пространство. Основными принципами функционирования ЕЭП являются обеспечение свободы перемещения товаров, услуг, капитала и людей через границы стран-участниц. В документах о создании ЕЭП, в частности, сказано, что «ЕЭП формируется постепенно, путем повышения уровня интеграции, через синхронизацию осуществляемых государствами-участниками преобразований в экономике, совместных мер по проведению согласованной экономической политики, гармонизацию и унификацию законодательства в сфере экономики, торговли и по другим направлениям, с учётом общепризнанных норм и принципов международного права, а также опыта и законодательства Евросоюза». И, как было сказано выше, с 1 января 2015 г. вступает в силу Договор о создании ЕАЭС, который объединяет юридическую базу Таможенного союза и ЕЭП, а также часть нормативных актов ЕврАзЭс, не противоречащих более поздним договоренностям в рамках ТС и ЕЭП.

Что смущает в этой краткой ретроспективе интеграции в рамках ЕврАзЭС, так это скорость процесса. Описанная быстрота интеграции была бы понятна и приемлема при условии выполнения взятых обязательств по каждому отдельному этапу. Однако как раз этим Москва, Минск и Астана похвастаться не могут. Взять хотя бы упомянутую проблему нефти и нефтепродуктов. 3 мая 2014 г., т.е. всего за 26 дней до подписания исторического документа, президент Лукашенко заявил, что Минск не подпишет договор об образовании Евразийского экономического союза (ЕАЭС), если он будет противоречить интересам Беларуси. Подразумеваются все те же ограничения по рынку нефти, против которых белорусский лидер выступал четыре года назад. Значит, весьма серьезные проблемы внутри интеграционной группировки не решены. Поэтому А.Г. Лукашенко незадолго до подписания нынешнего Договора в Астане вполне резонно предложил не спешить и сначала урегулировать остающиеся противоречия, а потом уже подписать полноценный документ. В итоге, однако, неурегулированные вопросы (и не только по нефти) остались, и решать их предполагается вплоть до 2025 г.

Здесь, как представляется, уместно прервать изложение собственно процесса интеграции ТС-ЕЭП-ЕАЭС, чтобы провести некоторое сравнение с другим интеграционным процессом – евростроительством. Тем более, что высшие российские чиновники (а иногда и их казахстанские и белорусские коллеги) периодически заявляют, что наша интеграция идет и будет идти по образцу Евросоюза. Сравним вкратце, как тот и другой процессы развивались во времени. Решение о создании Таможенного союза в Европе было принято в 1957 г. (Римский договор). Создание их таможенного союза было завершено в 1968 г. При этом формирование Общего рынка одновременно с совершенствованием Таможенного союза продолжалось вплоть до 1993 г., когда вступил в силу Маастрихсткий договор, знаменовавший переход к следующей стадии – Европейскому союзу. Таким образом, 11 лет ушло на создание таможенного союза и 36 лет – на создание Общего рынка, включая предыдущую стадию, и только после появился Евросоюз.

Теперь посмотрим, как аналогичные этапы пройдены у нас. От начала создания нашего Таможенного союза в 2007 г. до следующего этапа – Единого экономического пространства, наступившего 01.01.2012 г. минуло лишь 4 года. И всего через три года – с 01.01.2015 г. объявлена следующая стадия интеграции, которую можно считать наивысшей – Евразийский экономический союз.

Итак, выходит: в Европе от решения о создании таможенного союза до перехода к Евросоюзу прошло 36 лет. У нас между аналогичными этапами – 8 лет. Если же учитывать весь интеграционный период, и в качестве ключевых дат брать: в Европе – 1951 г. (образование Европейского объединения угля и стали) и 1993 г. (вступление в силу Маастрихтского договора и создание Евросоюза), ­ а у нас – 2000 г. (создание ЕврАзЭС) и 2015 г. (вступление в силу Договора о создании ЕАЭС), – то, соответственно, получаем 42 года и 15 лет. Таким образом, получается, что по скорости интеграции мы опережаем Европу почти в три раза. Нелишне заметить при этом, что в Европе интегрировались страны с примерно одинаковым и относительно высоким уровнем развития рыночной экономики и демократических институтов, чего не скажешь об участниках интеграции на постсоветском пространстве. Как все это надо понимать, и какие делать выводы?

Следование примеру европейской интеграции состоит прежде всего во внимательном изучении и учете ее уроков. Важнейший урок, о котором чаще всего говорят сами европейцы, состоит в продвижении «шаг за шагом» (stepbystep), т.е. в недопущении поспешности с забеганием вперед и перепрыгиванием через этапы. В Евросоюзе не раз самокритично признавались, что не всегда следовали данному правилу, поэму и извлекли в конечном счете этот урок. К сожалению, тот факт, что мы на деле полностью игнорируем этот урок, достаточно очевиден и не требует особых доказательств.

О своих претензиях к состоянию Таможенного союза лидеры Казахстана и Белоруссии заявляли не раз на протяжении последних месяцев перед подписанием Договора о ЕАЭС. Так, перед заседанием Высшего евразийского экономического совета на уровне президентов в Минске 29 апреля с.г. лидеры Казахстана и Белоруссии дали ясно понять, что не готовы подписать Договор с Россией о создании ЕАЭС, т.к., по их мнению, остается слишком много изъятий из единых таможенных правил в пользу Москвы. От участия в Таможенном союзе Астана пока имеет больше минусов, чем плюсов, подчеркнул тогда Назарбаев. Увеличиваются диспропорции в торговом балансе страны: экспорт сократился на 4% (7 млрд. долл.), а импорт вырос на 17 млрд. долл. Сохраняются трудности для продвижения казахстанских продовольственных товаров, в частности мяса и мясопродуктов, на рынок России, отсутствует свободный доступ на российский рынок электроэнергии, ограничены возможности для транзита электроэнергии, таможенный кодекс Таможенного союза нуждается в максимальном упрощении и либерализации. С ним полностью соглашается и президент Лукашенко, полагающий, что, несмотря на Таможенный союз, количество изъятий и ограничений не только не снизилось, но даже возросло, а предприниматели жалуются на таможенные процедуры. Суммируя существующие в ТС неурядицы, он полагает, что пока прагматичные цели интеграции не будут выполнены, дальше по интеграционному пути двигаться не следует.

Понятно, что проблемы, о которых шла речь всего за месяц до подписания Договора о ЕАЭС, вряд ли могли быть устранены за столь короткий срок. Согласно Договору о ЕАЭС, на территории трех стран поэтапно устанавливается режим свободного передвижения товаров, капиталов, рабочей силы, услуг (задача, которая должна была быть решена еще на предыдущей стадии ЕЭП – прим. АП), а также равный доступ к транспортной и энергетической инфраструктуре и общие правила таможенно-тарифного регулирования. На более поздних этапах в дополнение к Евразийской экономической комиссии планируется создать Комиссию по сырьевым ресурсам, Международный евразийский арбитраж, инвестиционный банк ЕАЭС и ряд других структур. До конца 2014 года к ЕАЭС присоединятся Армения и Киргизия. Цель договора о ЕАЭС – обеспечение функционирования Евразийского экономического союза, «как правило, без изъятий и ограничений с 1 января 2015 года». Однако достигнута она будет далеко не сразу. Россия прекратит изымать из белорусского бюджета экспортную пошлину на нефтепродукты, произведенные из российской нефти, поэтапно с 2015 г. Сначала сумма возврата снизится вдвое – примерно до 1,5 млрд.долл. в год, позднее он прекратится вовсе. Срок формирования общих рынков нефти и газа – 2025 год, а электроэнергетики – 2019 год.

Вообще отказ от существующих изъятий в таможенном кодексе ТС, по мнению замминистра финансов РФ С.Шаталова, содержит самые большие риски, ибо в этом случае Россия может лишиться порядка $33 млрд. дополнительных доходов ежегодно. В общем, часть этих денег России придется так или иначе заплатить за происходящую явно ускоренную интеграцию, что при нынешней стагнирующей экономике и санкциях со стороны Запада станет для российского бюджета весьма чувствительной финансовой нагрузкой.

Такой вырисовывается на данный момент цена нашей евразийской интеграции, изначальной геополитической целью которой являлось создание нового центра экономической и политической силы в мире наряду с существующими, – такими, как США, ЕС, Китай. Однако перспективы ее достижения выглядят пока туманными. Даже после присоединения Армении и Киргизии общий ВВП ЕАЭС размером в 2,6 триллиона долл. составит лишь 20% от ВВП Евросоюза или США и меньше одной трети ВВП Китая. При этом на Россию придется не менее 80% ВВП всего блока, т.е. доля ЕАЭС и доля РФ в мировом ВВП останутся близкими величинами. Значит, несмотря на ту немалую материальную цену, которую платит РФ ради продвижения евразийской интеграции, рассчитывать на ее впечатляющий экономический результат пока нет достаточных оснований.

Глобальная экономика может и не прореагировать на новый экономический блок. Вместе с тем, этот прогноз нельзя считать однозначным. В евразийском интеграционном уравнении остаются неизвестные величины. Наиболее существенной из них является реализация задач модернизации экономики, актуальных для каждого члена ЕАЭС. Существующий внутренний потенциал для их решения в рамках ЕАЭС недостаточен. Но решать их необходимо. Как это будет происходить на деле, покажет время.


к списку

Комментарии (0)

Нет комментариев

Добавить комментарий







Актуальные комментарии
Новости Института
20.05.2019

Делегация ИМЭМО РАН приняла участие в международной конференции «Экономическое и торговое сотрудничество под эгидой инициативы “пояса и пути”: взгляд в прошлое и перспективы» (Economic and Trade Cooperation Under the Belt and Road Initiative: Retrospect and Prospect).

подробнее...

18.05.2019

Ирина Звягельская и Владимир Аватков приняли участие в Российско-узбекской экспертной встрече по вопросам региональной безопасности, многостороннего сотрудничества и развития Центральной Азии.

подробнее...

Вышли из печати