Главная >  Новости > Новости и события > Новость подробно

Выбор Узбекистана


© 05.12.2016, Д.Б.Малышева

Tamerlane, Tashkent by David Stanley // www.flickr.com/photos/davidstanleytravel

Прошедшие в Узбекистане 4 декабря 2016 г. президентские выборы, которые были организованы досрочно из-за скоропостижной кончины 29 августа 2016 г. бессменно возглавлявшего республику с 1989 года президента Ислама Абдуганиевича Каримова, не принесли неожиданностей.  Победу предсказуемо одержал исполнявший  президентские обязанности Шавкат Моромонович Мирзиеев. На выборах нового президента, который избирается сроком на пять лет, наряду с Мирзиеевым, выдвинутым «Движением предпринимателей и деловых людей – Либерально-демократической партией Узбекистана» (УзЛиДеп), участвовали также кандидаты от Демократической партии Узбекистана «Миллий тикланиш» («Национальное возрождение»), «Социал-демократической партии Узбекистана Адолат» («Справедливость») и «Народно-демократической партии Узбекистана».

Предшествовавший выборам транзитный период стал своеобразным тестом на прочность той политической системы, которая была выстроена в Узбекистане Исламом Каримовым, являющимся, без сомнения, выдающимся государственным деятелем. Вопреки прозвучавшим тревожным прогнозам, политический транзит был осуществлен республикой на удивление плавно и спокойно, что можно объяснить изрядной долей прагматизма, лежащего в основе поведенческой тактики узбекских политических элит. Внутриэлитный консенсус помог решить и такой деликатный процедурный вопрос, как назначение на должность исполняющего обязанности президента.

Хотя по Конституции Узбекистана пост главы государства должен был занять председатель Сената, выбор пал именно на Мирзиеева. Он с 2003 г. был главой правительства, а до того (с 1996 г.) занимал должность главы местной исполнительной власти (хокима по-узбекски) Джизакской области, а с 2001 г. – Самаркандской. Кандидатура Мирзиеева была единодушно одобрена 8 сентября 2016 г. обеими палатами парламента: они, как официально сообщалось, приняли во внимание «необходимость сохранения стабильности, обеспечения общественной безопасности и правопорядка»1.

Существует предположение2, что вопрос о преемнике был согласован еще при жизни Каримова, и в пользу кандидатуры Мирзиеева высказался влиятельный глава Службы национальной безопасности Узбекистана генерал-полковник Рустам Расулович Иноятов, входивший два последних десятилетия в ближайшее окружение президента. Что не менее важно, Мирзиеева поддержали также заинтересованные в сохранении стабильности и статус-кво политические, региональные и деловые элиты Узбекистана.

Узбекистан как наиболее влиятельное в регионе государство остается предметом приоритетного внимания со стороны российских экономических и общественно-политических структур, и в России немалое значение придается перспективам внешнеэкономического и внешнеполитического выбора Узбекистана. Будучи геополитическим центром тяжести всей Центральной Азии, самым густонаселенным (почти 40% всех жителей ЦА) государством региона, граничащим с остальными четырьмя центральноазиатскими странами, а также с Афганистаном, Узбекистан имеет большие потенциальные перспективы в плане экономического и политического развития.

Но есть у этого государства и существенные ограничители, в числе которых:

  • континентальная замкнутость, которая препятствует выходу Узбекистана на внешние рынки;
  • нехватка обрабатываемой земли при высоком росте населения;
  • протекционизм в экономике и строгое валютное регулирование, мешающие получению в нужных объемах внешних инвестиций и высоких технологий.

Объективности ради, следует признать, что для решения таких проблем сложившаяся в Республике Узбекистан политическая система не слишком приспособлена. Она оказалась замкнутой на фигуре первого и бессменного президента Ислама Каримова, под личность  которого и была выстроена вся властная вертикаль, носившая ярко выраженный персонифицированный характер. В такой строго иерархической и централизованной политической системе нашлось место только для пяти официально признанных и допущенных к политическому процессу (выборам, парламентским процедурам и пр.) партий, программы которых не слишком отличаются друг от друга. Альтернативным движениям и партиям – таким как «Бирлик» («Единство»), «Бирдамлик» («Солидарность»), «Озод декхон» («Свободная крестьянская партия») – было отказано в регистрации и им запрещено проводить собрания.

Со времени обретения независимости этнический состав политической элиты Узбекистана оставался относительно однородным (то есть сформированным преимущественно этническими узбеками), подпитывавшимся выходцами в основном из трех крупных кланов – самаркандского, ташкентского и ферганского. И хотя самого Каримова традиционно считали принадлежащим к самаркандскому клану, ему удалось придать президентской власти надклановый характер, что облегчало контроль над ситуацией в стране, позволяло ограничивать активность оппозиционеров. Такой принцип распределения власти, унаследованный, кстати, с советских времен, обеспечивал в Узбекистане своеобразное равновесие политической системы. Как подчеркивает в связи с этим независимый узбекский политолог Рафаэль Саттаров, «Исламу Каримову удалось сделать то, что не удалось даже жесткой руке советской власти, а потому считалось практически невозможным, — искоренить политические распри по клановым и региональным принципам в Узбекистане»3.

Однако со временем подобный подход исчерпал себя, и внутри политической элиты произошло формирование группировок, каждая из которых стала опираться на собственные ресурсы. Обнаружилась также необходимость изменения технологии формирования политической элиты, учитывая, что определенный вес набирали представлявшие крупные регионы территориальные элиты,  а также финансово-промышленные группы.

Представить себе хотя бы в общих чертах политическую стратегию будущего президента позволило первое публичное выступление Мирзиеева – еще в статусе исполняющего обязанности главы государства – 8 сентября 2016 г. на совместном заседании Законодательной палаты и Сената Мажлиса. Обозначив параметры своей будущей политики, Мирзиеев заверил, что главной задачей для него станет продолжение разработанного Каримовым «курса на углубление демократических реформ и преобразований в политической, экономической и социальной сферах»4. Отношения с соседними центральноазиатскими странами политик назвал «доброжелательными и прагматичными», а в качестве внешнеполитического приоритета он выделил страны СНГ, в первую очередь Россию, с которой Узбекистан намерен устанавливать, по словам Мирзиеева, «дружественные связи» «на основе Договора о стратегическом партнерстве, Договора о союзнических отношениях и других важных соглашений, которые отвечают интересам обеих стран и служат укреплению стабильности и безопасности в регионе»5.

Несомненно, новое руководство республики будет стремиться решить или хотя бы загладить накопившиеся за 25 лет проблемы в делах с соседями – приграничные, водные, торгово-экономические. Но главные риски и испытания, которые необходимо будет преодолеть, ожидаемо возникнут внутри самой системы, и они будут связаны:

  • - с кризисом нынешней этатистской экономической модели, которая, при сохранении темпов роста Узбекистана, перестанет соответствовать реалиям и потребностям страны;
  • - с частичным исчерпанием в долгосрочной перспективе ресурсной базы Узбекистана – падением добычи газа при росте потребления растущего населения, дефиците водных ресурсов, генерированием орошаемым земледелием значительной части экспортной прибыли;
  • - с неразвитостью коммуникаций – как дорожных сетей, так и информационных;
  • - с возможными внутренними межклановыми, межэтническими трениями (таджикский вопрос, сепаратизм Каракалпакии, проблемы Ферганской долины);
  • - угрозами из соседнего Афганистана, потенциальными пограничными конфликтами с сопредельными Узбекистану центральноазиатскими странами.

Решение сложных задач, поставленных перед Узбекистаном самой жизнью – вопрос не сегодняшнего и не завтрашнего дня. Но без решения этих задач трудно ожидать стабильного и бесконфликтного развития Узбекистана в будущем. Это не значит, что переживаемый республикой транзитный период обязательно завершится переходом от авторитарной модели управления государством к демократической, или же Узбекистаном будет перейден важнейший рубеж демократической трансформации, за которым последует мирная передача власти от одной политической силы другой. Автоматически такие вещи не происходят, да и далек еще Узбекистан от завершения процесса государственного строительства, который и диктуют необходимость сохранения авторитарной системы – оптимальной в условиях постсоветской Центральной Азии для поддержания общенациональной консолидации.

Не стоит ожидать и быстрой трансформации политической системы Узбекистана в плане ее отхода от традиционного изоляционизма в сторону большей открытости глобальным процессам. Однако же власти, если она не захочет оставлять страну в историческом тупике, придется реагировать на современные реалии, отвечать на растущий в узбекском обществе (не отличающемся материальным благоденствием) запрос на экономические реформы, увеличение рабочих мест, что позволило бы решить проблему массового выезда граждан в поисках работы за рубеж, в Россию. Есть немалая потребность и в ослаблениях по части свободы слова, в появлении независимых СМИ.

Совместить потребности модернизации с императивом сохранения стабильности в сложносоставном и остающемся во многом традиционным узбекском обществе, где проведение политических реформ может быть сопряжено с риском неконтролируемого развития событий – задача достаточно сложная. От того, удастся ли ее безболезненно решить, во многом зависит будущее Узбекистана – государства, расположенного в самом «сердце» Центральной Азии и потому определяющего многие происходящие здесь процессы.

Примечания:

1 Сейидов А. Человек в футляре. Кто стал временным президентом Узбекистана, 12.09.2016. Режим доступа: https://lenta.ru/articles/2016/09/12/sh_mirziyoyev (дата обращения 12.09.2016).

2 Uzbekistan: In Transition. / Crisis Group Europe and Central Asia Briefing. Bishkek/Brussels, № 82, 29 September 2016. P. 5. URL: https://d2071andvip0wj.cloudfront.net/uzbekistan-in-transition.pdf (accessed 29.09.2016).

3 Саттаров Р. Политический транзит в Узбекистане: конец Узбекской ССР. / Forbes, 02.09.2016. Режим доступа: http://www.forbes.ru/mneniya/mir/327363-politicheskii-tranzit-v-uzbekistane-konets-uzbekskoi-ssr (дата обращения 02.09.2016).

4 См.: Мирзиеев впервые выступил в качестве врио президента Республики на совместном заседании Законодательной палаты и Сената Олий Мажлиса. / Новости Узбекистана, 09.09.2016. Режим доступа: http://nuz.uz/politika/16302-mirzieev-vpervye-vystupil-v-kachestve-vrio-prezidenta-respubliki-na-sovmestnom-zasedanii-zakonodatelnoy-palaty-i-senata-oliy-mazhlisa.html (дата обращения 09.09.2016).

5 Там же.


к списку



Комментарии к этой странице: