Главная >  Новости > Новости и события > Новость подробно

Российско-пакистанские военные учения


© 12.10.2016, Куклина И.Н.

Photo // function.mil.ru

В конце сентября — начале октября 2016 г. в Пакистане состоялись первые российско-пакистанские военные учения. Это достаточно скромное по количеству участников и продолжительности мероприятие, целью которого была отработка совместных действий в условиях проведения антитеррористической операции с боевыми стрельбами, вызвало негативную реакцию Индии, привлекло повышенное внимание региональных СМИ, а также получило неоднозначную оценку аналитиков заинтересованных сторон.

Посол Индии в РФ Панкадж Саран, излагая официальную позицию Индии по вопросу о проведении Россией совместных военных учений в Пакистане, подчеркнул, что Индия считает это государство спонсором терроризма, который стал частью его государственной политики. Поэтому индийская сторона оценивает военное сотрудничество России с Пакистаном как неправильный шаг, который создаст новые проблемы в будущем. Министр внутренних дел Индии отложил поездку в Россию, намеченную на период 19 - 24 сентября 2016 г., в ходе которой предполагалось подписание соглашения, касающегося, в том числе, сферы борьбы с терроризмом. Вместо Москвы переговоры с российскими партнерами были перенесены на поля саммита БРИКС в Гоа в октябре 2016 г. Индийская же оппозиция использовала сложившуюся ситуацию для критики проамериканской политики нынешнего правительства, упрекая его в разрушении исторически сложившихся отношений дружбы с Россией.

Индийские СМИ обращали внимание, что Россия проводит совместные военные учения практически непосредственно после атаки пакистанских террористов на индийскую военную базу Ури вблизи разделительной линии между Джаммой и Кашмиром, в результате которой погибло 18 индийских военнослужащих. Еще до начала учений газеты пытались убедить читателей в том, что они якобы будут организованы на территории, которая является спорной в конфликте Индии и Пакистана вокруг Кашмира, демонстрируя, таким образом, российскую поддержку политики Исламабада. Однако российская сторона своевременно заявила о том, что учения будут проходить на специальном военном полигоне в Черате, в 100 км западнее пакистанской столицы, т. е. в достаточном отдалении (особенно учитывая рельеф местности) от спорных территорий.

Пакистанская пресса в отношении учений высказывала, естественно, противоположную точку зрения. Газета «Дейли Таймс» отмечала, что военное сотрудничество выгодно обеим сторонам, при этом подчеркивала, что решения о проведении учений было продиктовано главным образом политическими, а не военными соображениями. Кроме того, газета выражала надежду на улучшение экономических и торговых связей с Россией, в том числе в области поставок вооружений.

В западной прессе подчеркивалось, что военные учения в Пакистане являются ответом России на увеличение присутствия НАТО в Восточной Европе и на Балтике. Руководство НАТО признало, что внимательно следит за действиями российских военных за рубежом. Что касается самой России, то можно отметить, что оценка проводимых в Пакистане учений была весьма осторожной. Некоторые аналитики высказывали опасения, что проведение упомянутых учений может негативно сказаться на состоянии российско-индийских отношений. В целом реакция на военные игры, в которых было задействовано всего лишь около 200 военнослужащих, включая усиленный взвод (70 человек) с российской стороны, свидетельствовала о пристальном внимании к действиям России в этом регионе и несомненной политической значимости самого факта успешного проведения российско-пакистанских военных учений.

Рассматривая возможности и перспективы военного сотрудничества России и Пакистана в контексте нынешнего состояния дел в сфере обеспечения международной и региональной безопасности, следует учитывать, что учения проходили в период, когда обстановка в Кашмире демонстрирует явную тенденцию к очередному обострению. Застарелый конфликт между Индией и Пакистаном вокруг Кашмира, на территорию которого были направлены наблюдатели ООН еще в 1949 г. (вторая по счету в истории ООН миротворческая миссия) подпитывается уже не старым поколением недовольных разделением Кашмира местных мусульман, а современным международным терроризмом. Учитывая гремучую смесь межгосударственных, этнических, политических и межконфессиональных противоречий в регионе, он становится все более взрывоопасным. Логически принятие Россией решения о совместных учениях вооруженных сил РФ и Пакистана обусловлено, таким образом, последовательной реализацией антитеррористической направленности ее внешнеполитического курса.

Характерно, что при оценке военных контактов России в регионе СМИ замалчивают то обстоятельства, что Россия поддержала вступление как Индии, так и Пакистана в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС). В настоящее время идет планомерный процесс оформления членства в ШОС этих государств. Иными словами, в ближайшем будущем Россия, Индия и Пакистан станут равноправными членами этой организации. Проведение параллельно с антитеррористическим тренингом в Черате российско-индийских военных учений «Индра-2016» в Приморье на военном полигоне Сергеевский свидетельствуют о намерении России способствовать объединению членов ШОС в борьбе с общим врагом — терроризмом. Помимо этого, замалчивается и тот факт, что решения о проведении совместных военных учений с настоящими и будущими членами ШОС были запланированы на саммите организации еще в 2015 году. А первый шаг в налаживании военного сотрудничества России с Пакистаном был сделан еще ранее, когда в ноябре 2014 г. состоялся визит министра обороны С. Шойгу в Пакистан. В итоге было подписано соглашение о военном сотрудничестве и закупке российского вооружения и военной техники для пакистанской армии.

Реакция Индии на проведение российско-пакистанских военных учений вполне понятна. Индийское руководство, учитывая определенный крен своей политики в сторону США, просто обязано было отреагировать на учения соответствующим образом. Однако будем надеяться, здравый смысл и реальные национальные интересы не позволят Индии сломать характер исторически сложившихся и оправдавших себя в глубокой ретроспективе отношений с Россией.

Политические и военные приоритеты борьбы с терроризмом в значительной мере связаны для Индии с конфликтом вокруг Кашмира. Недаром там сосредоточен значительный контингент индийских сухопутных войск (до 20 дивизий). Но Азия все в большей мере становится доступным и перспективным полигоном для роста транснационального терроризма. С учетом этого обстоятельства возможное в принципе проведение в будущем совместных военных учений Пакистана, Индии и России при поддержке и под эгидой ШОС могло бы стать предтечей нового этапа в борьбе с террористической угрозой.

Интерес России и Пакистана к возможностям развития двусторонних отношений тоже вполне понятен. Исторически Советский Союз развивал вполне благополучные экономические и военные отношения с Пакистаном, особенно в период правления Айюб Хана. В Исламабад приезжали с визитами председатель Совета Министров СССР А. Косыгин и министр обороны А. Гречко (1968, 1969). Внутренние распри и политические метания Исламабада после добровольного ухода Айюб Хана с поста президента, а затем введения советских войск в Афганистан разрушили эти отношения. Однако ситуация в мире меняется. Россия кровно заинтересована в повышении стабильности в регионе.

После провальной операции США и международной коалиции в Афганистане, начатой в 2001 г., вызовы и угрозы международной и региональной безопасности, сохраняются, непосредственно затрагивая интересы России. У РФ на этом направлении — Центральная Азия, ненадежная граница Афганистана, где остается контингент 8-10 тыс. военнослужащих США, а также талибы и разномастные террористы, включая «вилайеты» ИГИЛ (запрещен в России). В Пакистане же общая масса накопленных негативных нюансов в отношениях с США за время проведения операции «Несокрушимая свобода» постепенно переходит в проблему качественной корректировки его политики. Он заинтересован в некотором изменении баланса своих отношений с внешним миром, в том числе с Россией. Поэтому дальнейшее развитие ее сотрудничества, в том числе военного, с государствами Индостана способно содействовать укреплению безопасности региона и предотвращению возможного разрастания конфликта вокруг Кашмира. Тем более что уровень сложности конфигурации политических и иных противоречий, а также наличие разнообразных террористических группировок в Кашмире отнюдь не ниже, чем, к примеру, в Сирии.


к списку



Комментарии к этой странице: